— Ничего себе — несколько нетипично для данной локации, — с лёгкой дружелюбной улыбкой сказал он мне, качнув своим пивом в сторону чашки.

А мне и хорошо как-то… и домой, в принципе, рано ещё…

— Да вот решил, что на сегодня уже достаточно, — я улыбнулся тоже.

— Не возражаете? — собеседник сделал легкое движение в сторону соседнего стула.

— Ни в коем случае, — я хотел даже добавить что-то про «не куплено», но сообразил, что вряд ли это прозвучит вежливо… к тому же, уйти я всегда успею.

— Андрей, — представился новый знакомый и протянул руку.

— Саша, — сам не знаю, почему я представился именно так.

Спьяну, что ли? Или подсознательно решил начать новую жизнь? Раз уж у меня так всё поменялось — и работа, и место жительства, и семейное положение даже. Тьфу, тьфу, тьфу. Вот не зря ли я Рыжую отпустил? Одну? Мало ли что ей там наговорят, а⁈ Или это глупо — переносить прошлый негативный опыт на нынешнюю жизнь? Чёрт, не знаю. Ничего не знаю. Как-то бы мне лучше про это всё вовсе не думать, вот. Наверное, надо ещё пива накатить. С другой стороны — не пребывать же мне в запое, пока Рыжая не вернётся?

Очнувшись и подняв глаза, я обнаружил, что Андрей смотрит на меня с явным интересом. Чувствую себя идиотом, конечно…

— Только не надо нервничать — я и сам запросто могу уйти в себя! — выставил он руки перед собой. — В любой момент! Так что, отлично вас понимаю. И, надеюсь, вы не станете мне пенять, когда я вам отвечу тем же, — лицо собеседника поплыло, утратило выражение, глаза поднялись в потолок, вся фигура застыла деревянным истуканом — что это с ним⁈ Оп — и он уже опять смотрит на меня и улыбается, совершенно обезоруживающе. Ну, блин, актёр больших и малых театров! Везёт же мне на такое — и откуда?

— В театре играете? — совершенно непроизвольно вырвалось у меня.

— Да ну что вы — то дела давно ушедших дней, — он смачно приложился к своему бокалу.

Черт, вкусно-то как пьёт — нестерпимо захотелось тоже, ещё, крикнуть бармену «повтори!», но каким-то запредельным усилием я сдержался и отпил глоток своего кофе. А что — вполне себе горечь на языке, знай наших! И тоже холодный уже, блин.

— Было дело — играл, и в СТЭМе, и просто студия у нас была, любительская напрочь и насквозь. В институте, в смысле, пока сам учился. А после — как-то всё некогда, — Андрей явственно погрустнел, хотя, видимо, больше напоказ, потому как уже через пару секунд воспрял, как ни в чём не бывало: — Зато теперь могу начальству докладывать, не отводя глаз! Хоть о чём! Надо успехи — вот вам успехи! Надо трудности — так этого добра у нас ещё больше!