Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, и наконец богиня произнесла:
— Еще раз помещаешь мне — и я его выпью. Досуха. Поняла меня, дрянь? Поняла?
Мила захрипела, не в силах ничего произнести. Рука все еще сжимала ей горло.
— Скажи мне, ты хочешь, чтобы я его выпила⁈ Если нет, то сиди и не дергайся. Иначе…
Милу отбросило еще дальше, и теперь на «экране» она видела тело еще живой Анжелики. Затем что-то произошло за спиной, и Мила-на-экране обернулась. В кабинете стоял Дерек Штаут.
— Анжелика… — прошептал он испуганно. — Что произо…
Но не стал договаривать, попытался начертить телепортирующую руну, чтобы убраться куда-нибудь подальше, но не успел. Теневые тиски сковали его тело, а богиня в теле Милы рассмеялась. Притянула его к себе, склонилась над ним и коснулась лица тонкими пальцами. Погладила по щеке, заглянула в глаза по самую душу.
— О, так ты тоже недоволен Искрой Огня? — спросила она. — Ищешь ее, чтобы отомстить? Н-да… Нехорошо… Нехорошо, что я про нее забыла. Но… Теперь у меня есть ты, и ты мне поможешь, да?
Пальцы сжали лицо так сильно, что образовались белые пятна, которые тут же покраснели, когда она выпустила его из цепких тисков.
Дерек нервно закивал, и она похвалила.
— Хороший мальчик. А хорошие мальчики заслуживают награды.
Она поманила его пальчиком, чтобы теперь он потянулся к ней. И он подчинился, ни на мгновение не замешкавшись.
Их губы слились в поцелуе. Медленном, размеренном, с расстановкой.
«Она выпивает его, не целует!» — с ужасом осознала Мила и оказалась права.
Когда богиня отстранилась, Дерек был похож на мертвеца из фильмов ужасов. Лицо серое, кожа местами потрескалась, сине-серые вены застыли неподвижной паутинкой, пустые глаза остекленели.
— А теперь найди ее и притащи ко мне. Лучше живой, но можешь и мертвой.
— Слушаюсь… — прохрипел Дерек и через несколько секунд исчез.
И видение тоже исчезло почти сразу после этого. Мила опять оказалась в клетке.
— Будешь мешать, твоего мальчика-огонечка ждет похожая участь. Что скажешь, убить его?
Мила не поддалась, промолчала, но взгляда не отвела.
— Выбирай! — проорала богиня. — Мне его убить или использовать?
— Отпусти его. Используй меня!
— Глупышка… — тихо рассмеялась Сарасвати, и смех становился все громче и громче, и затем вовсе перешел в крик: — Я и так! И так уже ТЕБЯ ИСПОЛЬЗУЮ!
Адский хохот сотряс прутья. Все вибрировало и дрожало.
— Хватит! — прокричала Мила. — Прекрати! Оставь нас в покое! — с мольбой в голосе провыла она и забилась как птица в клетке.
И тут богиня щелкнула пальцами, отвернувшись.