Поэтому бабушке следовало рассказать все, как бы невероятно это «все» ни звучало. И она слушала внимательно, не перебивая, не задавая уточняющих вопросов, не хмурилась недоверчиво, мысленно уличая Илью во лжи. И когда он закончил, она констатировала:

— Вот, значит, почему он про старшего ничего не сказал, когда они тебя из местной больницы забирали с этими своими… спецэффектами. Я тогда еще подумала, что Денис так и умер ребенком от сердечной недостаточности, а тут опять эти ваши… спецэффекты.

— Так ты мне поможешь?

— Конечно, помогу. Но если все плохо будет, как в прошлый раз, я Володе позвоню.

— Лучше Нику. Я запишу тебе его номер.

Со следующим важным пунктом все наоборот должно было пройти сложно, и Арсений предлагал составить компанию, причем так навязчиво, что пришлось уходить втайне от друга. Потому что самому Илье векшская принцесса ничего бы не сделала, а вот за химеру могла и обидеться. Ну, скорее всего. Так что, как и с бабушкой, он выбрал лучший вариант из показанных ему проклятием для встречи с Шаной.

Девушка сидела в своем любимом питерском кафе, выбрав, как обычно, самый дальний угол, где и выставила маскирующий щит, отталкивающий от нее любопытные взгляды и желающих познакомиться. Боевое, между прочим, плетение. Потому Илья легко прошел сквозь него и уселся напротив, дожидаясь, когда Шанкьяхти обратит на нарушителя ее спокойствия внимание. Минут пять ничего не происходило, и девушка продолжала пялиться в чашку с чаем, как будто ей там мультики показывали. Хотя могли и показывать, ведь она рассказывала и даже показывала, что умеет заклинать зеркала и воду.

Ждать дольше Илья не стал, убрал чашку, разрывая чужое плетение, а на ее место положил свою правую руку и засучил рукав толстовки.

— Ну здравствуй, дочь ведьмы и предателя, — он улыбнулся, поймав ее недовольный взгляд — она его не признала. — Могу я тебя угостить?

Взгляд, мельком брошенный на его запястья с виднеющимися сквозь бледную кожу синими венками, выдал ее с головой — Шанкьяхти требовалась кровь, чтобы продолжать оставаться на Земле. Конечно, в отличие от других векш, ей не нужно было пить много и часто, но все-таки. Потому Илья и начал с самого весомого аргумента. Девушке нравилась его кровь, жаль не настолько, чтобы другие аргументы не потребовались.

— Ну так? — поторопил он с ответом.

— Смерть тебя изменила.

— А кого она не меняет? — Илья пожал плечами и потянул руку обратно, но Шана остановила. — У векш разве по-другому?

— Они так не улыбаются, побывав за чертой.

— Да? — улыбка стала шире, он как будто растворил в ней весь мир. — Может быть, дело в количестве?