— Но предоставил мне выбор и окончательное слово, — хмыкнул Максимилиан. — Софи, ты не глупа, но ведешь себя как маленькая и обиженная девочка. Пойми, никому неизвестный врачеватель, пусть и недавно занявший пост ректора, не придется ко двору.

— Он не раз нас спасал, убеждал Натали не рубить с плеча. Почему ты так про него говоришь? — чуть слышно прошептала княжна.

— Мне самому это неприятно, — поморщился княжич. — Однако, есть реалии, и они таковы. Тебе необходимо порвать с ним, выбрать достойного мужа и тогда всем угодишь.

Они еще долго говорили и даже спорили. Все доводы Софи разбивались о жестокие и жесткие слова брата. Он не щадил ее чувства, просто не обращал на них внимания. А почти под конец разговора предупредил, что если общественность узнает о том, что она и господин Воронов ближе, чем друзья, то тот окажется в опале, как и она сама. Их на каждом углу начнут поносить, а то и вовсе откроют охоту. Будущего у Воронова не будет, за его жизнь не дадут и ломаного гроша. А если девушка хочет добра всем, в том числе и врачевателю, она обязана подумать и сыграть пышную свадьбу с тем, на кого укажет отец или он. Из-за чего сдалась княжна? Она сама не готова ответить. Однако, Саша пришел и вся ее уверенность в правильности расставания, мгновенно улетучилась. Вот только, как набраться смелости и в его глаза посмотреть? А что, если увидит в них презрение? Она не так давно ему клялась в верности, убеждала, что никогда не бросит и не отступится. В душе презирала Островскую, разорвавшую отношения с врачевателем и тем самым дав ей шанс. И что в итоге?

— Черт! Как же мне хреново, — проскулила Софи и сев на пол руками обхватила свои коленки. — Еще рядом ни одной подруги, никто не поддержит и не подскажет, — она шмыгнула носом, ощутив, как по щекам катятся слезы.

Под грудью заскреблась ящерка, на душе тошно и противно. Княжна на долю секунды представила, что больше никогда не встретится с Сашей. В душе что-то надломилось, и она осознала — не простит себя, а без него будет лишь существовать. Долго ли? Вряд ли, зачахнет и угаснет.

— Ну я и дура, — сделала себя признание, еще раз шмыгнула носом и резко встала на ноги. — Мария! — крикнула, зовя служанку.

— Что вы хотели? — почти мгновенно появилась та перед госпожой.

— Готовь платье, я пока приму ванну, а потом сделаешь мне прическу, — произнесла Софи.

— Поняла, не беспокойтесь, — обрадованно произнесла горничная, а потом уточнила: — Косметику приготовить? Сбегать за кремом, скроющим вчерашние последствия?

— Конечно, мне необходимо быть неотразимой, а времени у нас слишком мало! — произнесла Софи и скрылась в ванной комнате.