— Пойду и я умоюсь, да какой-нибудь халат найду, — сказал и покинул операционную.

Надеялся, что княжна отправится следом, но она сделала безучастный вид. Даже Лисицина на Софи и то как-то удивленно посмотрела.

Наскоро привел себя в порядок, если так можно сказать. Умылся, обтер себя по пояс мокрым полотенцем, да халат надел. Требуется связаться с резиденцией императора, чтобы предали Степану Васильевичу мои извинения и, если еще требуется, назначали другое время для аудиенции. С этими мыслями из здания больницы вышел и увидел поджидающую меня княжну. На душе стало тепло и радостно, однако, это длилось ровно до той поры, когда подошел к девушке и взглянул в ее глаза.

— Чем тебя обидел? — задаю вопрос, уже понимая, что та держится из последних сил, подавляя рыдания. — Почему недавно плакала? — потянулся рукой к ее лицу, чтобы пальцами погладить, но княжна отпрянула:

— Саша, не делай этого, — покачала головой. — Нам необходимо переговорить.

— Куда пойдем? Отыщем скамейку в парке, займем беседку или в кабинете побеседуем? — задаю вопросы, а сам стараюсь разобраться в ее всполохах ауры.

Настрой девушки все больше и больше не нравится, но причины неясны. И почему-то мне не хочется слышать того, что она задумала сказать.

— Твой кабинет подойдет, — тихо произносит Софи.

— По дороге не расскажешь, что случилось?

— Нет, — качает головой девушка и первая направляется в сторону университета.

— Даже под руку меня не возьмешь? Тут сейчас никого, — говорю и уже догадываюсь, что она ответит.

— Нет, — вновь односложно отвечает та.

Допытываться не стал, в том числе и ничего не рассказывал, так весь путь молча и проделали. И только когда пришли в кабинет, и даже не расселись по креслам, то Софи сразу выпалила:

— Давай расстанемся!

— Ты меня бросаешь? — задаю ей вопрос и подхожу вплотную.

Девушка пятится, прячет глаза и молчит. Продолжаю двигаться на княжну, та отступает и наконец упирается спиной в стену.

— Объяснишь? — смотрю на ее губы и с трудом себя сдерживаю, чтобы не смять их поцелуем.

— Нет, — чуть качает головой Софи, но потом находит в себе силы продолжить: — Саша, так будет лучше для всех.

— Уверена? — горько усмехаюсь и хочу убрать ее выбившийся локон, но в последний момент останавливаюсь и пальцами упираюсь в стену.

— Да, не остается выбора, — кусая губы, шепчет княжна.

— Он есть всегда, — отрицательно качаю головой, а потом касаюсь ее щеки пальцами. — Говори, не мучай меня неведением. Лучше горькая правда, чем красивая ложь. У нас с тобой есть чувства, источники и те связаны, разрыв пережить окажется непросто. Или ты безответно и с первого взгляда в кого-то влюбилась? Так поведай мне кто этот смертник! Помнишь, о чем говорил, что теперь все мужчины рядом с тобой окажутся в зоне риска, за исключением родных, стариков и детишек?