Мысли прервал гневный голос Дарьи.

— Здесь только один представитель рода Рюриковичей. И он говорит, что никакой патриарх к Василию не заявится. А если даже такой и есть, то я сама встречу и всё объясню. Это мой предок, в конце концов.

На лице Шуйского проступило вполне искреннее изумление, а вот Оболенский кашлянул.

— Так это, Дашенька… Патриарх обычно по ночам приходит.

Она упёрла в него яростный взгляд, хищно раздувая ноздри, и кавалергард переступил с ноги на ногу, похоже не осознавая подтекста реакции. Но уже через секунду задумчиво протянул.

— А-а-а, вот оно что. Дело-то неплохое, перед смертью парня порадовать. Только вот, потом неловко будет. Просыпаетесь вы, значит, вся такая красивая, под одеялом, тянете к нему руку для ласк утренних, а там никого. Глаза открываете — всё в крови да плоти перемолотой. Большой стресс, я вам скажу. Когда со мной такое случилось, потом пять лет вином снимал.

Вокруг царевны заполыхали зелёные огоньки, а я через Мьёльнира ощутил реакцию защитных систем Кремля. Сейчас здесь был всего один Рюрикович и крепость с готовностью отзывалась на его волю. Правда, против Оболенского эту мощь применить бы не вышло. Но, боюсь, с учётом состояния князя, Дарье даже не придётся использовать родовой Дар, чтобы добить бедолагу-кавалергарда.

Впрочем, это только в том случае, если дело каким-то безумием и правда дойдёт до схватки.

Сделав пару шагов вперёд, я сам с трудом удержал равновесие, едва не рухнув на ступени. Зато привлёк к себе всеобщее внимание. Чем и воспользовался, сразу же заговорив.

— С патриархом я разберусь. Если он действительно существует и попытается меня убить — не обещаю, что оставлю его в живых, но помощь мне не потребуется.

Зелёные лоскуты пламени стали ярче, а обращённый на меня взгляд Дарьи был полон самых разных чувств. Как и её разум, оттенки которого сверкали всеми возможными тонами.

Я примирительно поднял руки.

— Послушайте, давайте сначала разберёмся с войной, ультиматумами и наведением порядка в империи. А уже потом будем обсуждать, с кем и где я буду спать.

На последних слова в зал влетела Кристина, за которой мчались двое прикрытых кольчугами и вооружённых мечами свитских. На момент притормозив, рыжеволосая задумчиво оглядела присутствующих. С удивлением посмотрев на обоих князей и, с долей подозрения, на Дарью.

Сама Рюриковна смотрела на меня по-прежнему гневно, но кружащие около неё зелёные огоньки, пропали. Обернувшись, махнула рукой Кристине.

— Говорить мы желаем. Закройте двери с той стороны и охраняйте. Именем Рюриковичей.