А потом и вовсе перебралась в лес.
Только Степана она не забыла.
И однажды он сам пришёл к ней.
Это случилось поздней осенью.
В тот день долго шёл дождь, а к вечеру поднялся сильный ветер. Степан появился возле избушки уже в сумерках. Его куртка промокла, волосы прилипли ко лбу.
Старуха сидела возле печи и перебирала сухие травы.
Июнь в этом году выдался особенно жарким.
Город плавился под солнцем, асфальт лип к подошвам, а в автобусах пахло потом и дешёвым освежителем воздуха. Артём сидел на заднем сиденье отцовской машины, подперев щёку рукой, и уже, наверное, в сотый раз смотрел на одни и те же поля за окном.
Его настроение можно было описать одним словом — паршивое.
Впрочем, последние несколько недель лучше бы вообще не вспоминать.
Всё началось с обычной драки возле школы. Как обычно, кто-то неудачно пошутил, кто-то не так посмотрел, а дальше всё пошло по известному сценарию. Только в этот раз Артём умудрился разбить однокласснику губу, получить рассечение над бровью и закончить учебный год разговором с директором.
Родители, разумеется, были в восторге.
Отец орал почти час, мать пыталась объяснить, что так продолжаться не может, а сам Артём в какой-то момент просто собрался и ушёл из дома.
Вернулся он только ночью.
После этого родители приняли совместное решение: лето он проведёт у бабушки в деревне.
Без друзей, вечеринок и привычной компании.
В общем, ссылка.
— Ты бы хоть окно открыл, — пробормотал Артём, отлепляя спину от сиденья.
— Кондиционер работает, — ответил отец.
— Он дует тёплым воздухом.
— Потерпи немного.
— Я уже третий час терплю.
Отец покосился на него через зеркало.
— Может, хватит уже? Не маленький.
— Вот именно. Мне восемнадцать, а вы меня отправляете к бабушке, как будто мне двенадцать.
— Может, если бы ты вёл себя на восемнадцать, ничего бы не пришлось делать.
Артём закатил глаза и отвернулся.
Спорить не хотелось. Да и смысла не было.
За окном постепенно исчезали последние признаки города. Вместо многоэтажек появились небольшие посёлки, покосившиеся остановки и бесконечные поля. Дорога становилась всё хуже, а телефон уже давно потерял сеть.
— Кстати, — отец нарушил тишину. — Бабушка просила передать, чтобы ты не шатался по ночам.
— Началось.
— Я серьёзно.
— Да понял я.
— И с местными аккуратнее. Деревня всё-таки.
Артём повернулся к нему.
— Пап, там что, маньяки живут?
— Там люди живут. И не все такие, как твои городские друзья.
— Ну да. Наверное, все там святые.
Отец тяжело вздохнул.
— Просто не создавай проблем. Хотя бы ради бабушки.
Артём ничего не ответил.
Через несколько минут машина свернула на узкую дорогу, вдоль которой росли высокие берёзы.