– Правда? – спросил охотник, он был поражён прытью мальца.

– Да, сэр. Я хочу стать таким же охотником на нежить как и вы, когда вырасту!

– Ты излишне проявляешь рвение, простите его, мистер МаКкнайт – сказал священник. Плачу вам 40 монет серебром и ни медяком более. Ночевать будете у мистера МаКфэйра.

– По рукам. Ну, мистер МаКфэйр, кто же наш вампир?

– Это Айон! Я более чем уверен! Это его почерк, если сравнить с убийством в Гринсайде и Ланкастере, то это точно он! И к тому же он выходит на охоту как раз в полнолуние, а сейчас как раз оно! Ещё осталось два дня и его можно поймать!

Охотник нахмурился. Айон! Айон! Айон! Последний старейший первородный вампир. Он был из так называемой вампирской знати, то есть древнейших. Гильдия истребителей уже уничтожила почти всех, но он был тем, кто явно хотел стать вторым тысячелетним владыкой. Почему-то у упырей считалась, что достигнув возраста в тысячу лет, они станут ещё более могущественными, и силою будут обладать бесконечной.

Зайдя в келью, которая оказалась слишком большой для юного МаКфэйра, но слишком малой для двоих, он бесцеремонно стряхнул с кровати вещи послушника и улёгся на кровать, не снимая сапог со своих ног. Парень засыпал его вопросами и трещал без устали. МаКкнайт просто снял цилиндр, положил его на лицо и заснул. Он знал что через три часа проснётся и выйдет на охоту.

Он проснулся в непонятном месте. Рядом лежал какой-то юнец. Младший из вчерашних мальчишек? Да нет, он был старше, крепче и явно здоровее. Дышит. Спит. Возможно его приманил вампирский зов, который он кликал три дня назад. Три дня и одна жертва. Неужто он теряет хватку? Он, Айон! Да в дни его молодости, 800 лет назад на его зов откликались десятки юных парней и дев. Что ж, возможно он и слабеет немного, но он будет первым, кто наконец станет тысячелетним владыкой. Его конечно будут величать вторым владыкой, но он не верил, что когда-либо ранее существовал первый тысячелетний владыка. Он напряг слух и услышал, как через 4 мили бьётся молодое девичье сердце. Как же давно он не вкушал девушек. Юношей можно полакомиться и по возвращению. Он вышел бесшумно, свозь окно.

Он стоял в лесу, и смотрел на два окоченевших трупа совсем юных мальчиков. Айон! Он любил лакомиться кровью юных детей и «выпивать их до дна», как говорили охотники. Впрочем, возможно малец-послушник ошибся и это был более молодой вампир. Наверняка.

– Мистер МаКкнайт, я знал что вы сразу обнаружите новых жертв! – запыхаясь, говорил тот самый малец. При свете луны его лицо было совсем красным.