— Это единственный способ разобраться с этим делом. В ином случае вы вечность будете ожидать, когда неизвестный враг нанесет новый удар, — убеждал нас следователь. — И важно, чтобы все трое ребят были в машине. Если преступник узнает, что Алексей едет один, то вполне может догадаться, что это ловушка. Все должно выглядеть, как будто вы успокоились после прошлого покушения и снизили бдительность.

— Только через мой труп, — огрызнулась мачеха.

— Жанна, ты действуешь слишком необдуманно. Успокойся и проанализируй ситуацию и тогда поймёшь, что это необходимая мера, — попытался угомонить ее отец.

— Витя, мой сын не будет в этом участвовать. Я достаточно ясно изъясняюсь? — мачеха прожгла своим ненавидящим взглядом отца, как будто в этот момент он был ее самым страшным врагом.

— Я согласен, — вдруг встрял в разговор Рома.

— Сынок, о чём ты? Ты разве не понимаешь, как это опасно? — голос мачехи полностью переменился, когда на этот раз она обратилась к сводному брату. Я ещё никогда не слышал настолько нежного тона из ее уст.

— Мама. Я считаю, что должен действовать, согласно плану господина следователя. Я не хочу, чтобы Лешу убили. Мы должны разобраться с теми, кто это затеял, — уверенно заявил брат.

— Но, сынок, разве стоит этот Леша, чтобы ты рисковал ради него своей жизнью? — с печалью в голосе спросила мачеха.

— Мама, раньше я бы сказал, что нет. Но теперь все изменилось и я уверен, что это стоит того.

— Хорошо, я не буду препятствовать твоему решению, — в голосе мачехи ощущалась тревожность, которая резко сменилась на скрытую ярость когда она посмотрела на следователя. — Уважаемый Терентьев, имейте в виду. Если во время исполнения вашего плана мой сын пострадает, то вы очень сильно об этом пожалеете.

— Жанна, это не лучшая идея угрожать имперскому следователю, — отец смерил мачеху строгим взглядом.

— Ничего страшного, Виктор. Ваша жена просто очень переживает за своего сына. Я могу понять ее чувства. Так что я приложу максимум усилий, чтобы не случилось ничего непредвиденного, — кивнул Алексей Терентьев.

По отношению отца и дяди к следователю можно было понять, что те его побаиваются. И это было неспроста. В имперской полиции в основном служат простолюдины. Но они наделены такой властью, что их опасаются многие аристократы. Подобное нужно для того, чтобы сдерживать своевольное высшее сословие. Конечно, следователи, подобные Терентьеву, жёстко контролируются императорской семьёй и если они будут действовать в своих личных корыстных интересах, используя данную им власть, то быстро потеряют свое положение.