- Вишня домашняя, - сказала она будто по секрету. - Хоть и заморозка, но своя. Можете не переживать.

Я не переживала. Я вообще ни о чем не переживала в тот момент. Все тревоги кончились ровно час назад в кабинете гинеколога.

«Катерина Александровна, - сказала доктор, - я понимаю, вы три года пытаетесь, но медицина - это не магия. Иногда нужно просто подождать».

Просто подождать. Три года ждала, еще немного подожду.

Она что-то писала в карте, а я смотрела в окно на голые мартовские деревья и думала: «В апреле почки набухнут. В мае зацветут. К июню у нас будут хорошие новости... нет, к июню еще рано. К августу? К сентябрю?»

Я считала месяцы, как школьница - дни до каникул.

Продавщица протянула мне коробку.

- С вас тысяча двести.

Я протянула карту, не глядя на терминал. Смотрела на торт. На розочки. На то, как красиво бечевка ложится на крафт.

- Счастливое событие? - спросила продавец, протягивая чек.

Я хотела сказать «да» и что «скоро у нас будет ребенок». Хотела рассказать ей все - про Даниила, про командировку, про то, как он вернулся сегодня утром и я чмокнула его в щеку, после чего сказала: «Я к врачу, ты отдыхай», и он кивнул, тут же уткнувшись в ноутбук.

Но я просто улыбнулась.

- Самый счастливый день в моей жизни!

Я вылетела на улицу, и мартовский ветер ударил в лицо, откинул волосы назад, залез под расстегнутое пальто. Я не застегивала пуговицы, когда бежала к машине. Коробку с тортом прижимала к груди, как ребенка.

Ключ зажигания, щелчок ремня, зеркало заднего вида - поправить помаду. Я взглянула на себя и замерла.

Из зеркала на меня смотрела женщина, у которой все получится. Глаза блестят, щеки розовые от ветра, губы растянуты в улыбку, которую невозможно сдержать. Я не выглядела на свои тридцать два. Я выглядела на восемнадцать, когда мы только встретились с Даней, и он впервые сказал мне: «Выходи за меня», а я подумала: «Конечно. О, боже, да, конечно, только с ним!»

Навигатор загрузился, показал маршрут.

Я вдавила педаль газа, мне жизненно необходимо было срочно все рассказать мужу.

В машине играло радио. Какая-то попса, которую я обычно переключала, но сейчас мне было все равно. Я подпевала, не зная слов, барабанила пальцами по рулю. Коробка с тортом лежала на пассажирском сиденье, пристегнутая ремнем безопасности.

Я пристегнула ее. Честное слово!

На светофоре открыла сумочку, вытащила выписку, развернула и перечитала.

ФИО. Дата рождения. Заключение: клинически здорова. Репродуктивный потенциал сохранен.

Я поцеловала бумагу.

Мужик в соседней машине покрутил пальцем у виска. Я показала ему язык и засмеялась.