Имеются проблемы с гильзой, которую часто раздувает, но решение уже есть — предложено применить специальный накат у основания гильзы, как на патроне 6×49 миллиметров, чтобы он принял на себя часть избыточной энергии и сократил случаи раздутия гильзы до минимума. Это техническая проблема, поэтому нет причин считать, что в ЦНИИточмаш не решат её.
Но Жириновский очень рад тому факту, что не придётся, некоторое время, давить на конструкторов новых промежуточных патронов, которые уже чуть больше десяти лет не могут дать что-то удобоваримое.
Новое оружие для нового патрона разрабатывать не придётся, так как калибр тот же, а накат не влияет на экстракцию, но расплачиваться придётся снижением ресурса ствола, так как возросшая скорость пули неизбежно скажется на нём самым негативным, из возможных, образом.
Тут на одном из экранов загорелась и замигала красная рамка, а затем появилась надпись «Неиспр. Кр. ББ-4».
— Что происходит? — обеспокоенно спросил Жириновский.
— Боковой блок № 4 не раскрыл крылья, — сообщил Юрий Павлович Семёнов, стоящий справа от него. — Попробуем раскрыть их пиропатронами.
— А ракета⁈ — спросил Жириновский.
— С ракетой всё в порядке, товарищ президент, — ответил Семёнов. — Летит согласно плану запуска.
— Фух… — облегчённо выдохнул Владимир. — Боковые блоки — это такая ерунда…
Один из самолётов с оператором приблизился к свободно падающему боковому блоку.
На корпусе блока сверкнули вспышки и крылья раскрылись, но это его уже не спасло — остаточное топливо было исчерпано, поэтому не идёт речи о стабильном полёте. Боковой блок сорвало в штопор, и он начал неуправляемое падение на земную твердь.
— Ладно, — махнув рукой, произнёс Жириновский. — Бывает.
*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 20 ноября 2001 года*
— Всё готово? — спросил Владимир.
— Так точно, товарищ президент, — ответил генерал-лейтенант в отставке Кикоть.
Валентин Иванович — это очень хороший знакомый Жириновского, с которым они знакомы ещё с Афгана.
Просто так сидеть в отставке Кикоть не смог, поэтому, как оказалось, он семь лет подряд консультировал ЦССО СССР, а когда ему надоело, предложил свои услуги ЦНИИточмаш — руководству института потребовался специалист с богатым боевым опытом.
— Давай, пожалуйста, без официоза, Иваныч, — попросил Жириновский. — Мы не чужие люди, вместе воевали, поэтому прошу называть Вольфовичем или Вольфычем.
— Хорошо, — кивнув, ответил генерал-лейтенант Кикоть. — Всё готово, Вольфыч — можно начинать стрельбы.
Они находятся в Третьем небоскрёбе, на подземном уровне, на котором оборудовали стрельбище для сотрудников Девятого управления КГБ, ответственного за охрану правительства СССР.