— А можно? — с надеждой спросил Алмаз, и увидев, что папаня пожал плечами, радостно отыгрывается. — Волхв заступает на «собачью вахту».

Да-да, теперь у меня есть свой позывной, ставший родным.

— Я под утро крепко сплю, — я нисколько не расстраиваюсь. Уже несколько дней не провожу тренировки. На яхте особо не развернёшься, да и Куан посоветовал пока не светить свои способности. Когда ещё удастся разогнать застоявшиеся энергетические каналы, если нам предстоит долгое путешествие на лодке?

— Лично разбужу, — ухмыльнулся Алмаз, получив карт-бланш от князя Мамонова на право командовать мною.

Они ещё несколько минут обсуждали завтрашний поход по реке, потом нас позвали к костру. Ужин уже был готов. Мне наложили полную миску рисовой каши с тушёнкой, налили в кружку крепкого чая. Японца тоже накормили. Он сначала кочевряжился, не понимая, зачем рис испортили мясом, но голод — не тётка. Сожрал всё, и даже добавки попросил.

— Евгений Сидорович, — к нашему чародею подсел Алмаз с кружкой. — Вы сможете нашего пленника надёжно усыпить, чтобы до утра дрых? Не хочу ещё и на него отвлекать людей для охраны.

— Без проблем, — кивнул Странник и взглянул на японца, который с любопытством крутил головой по сторонам. Наверное, для него всё было в диковинку: ночная река, подсвеченная бледным светом нарождающейся луны, шумящий кронами деревьев на ветру лес, костёр, непонятные русские, зачем-то потащившие его с собой. — Есть у меня безобидная конструкция, как раз для таких тощих, как этот сын островов.

— А разве телосложение важно для магоформы сна? — удивился командир.

— Конечно, — снисходительно улыбнулся чародей. — Это как рассчитать нужную дозу снотворного. Для человека одна, для слона — другая. Вот переборщу, будете потом двое суток его на себе таскать, пока не проснётся.

— Ну, вам виднее, — уважительно посмотрел на него Алмаз.

— Может, магические маячки раскидать по периметру? — предложил Ломакин. — Дозор — это хорошо, но я бы подстраховался.

— Было бы здорово, — согласился командир группы. — Только потом не забудьте схему проходов нарисовать. А то замучаемся всю ночь подскакивать по тревоге.

Покончив с кашей, я спустился к реке и вымыл посуду. Здесь не Сокольники, рядом Оксаны нет, ухаживать за мной некому. Сам, всё сам, своими ручками. Ну так и я не неженка, в новгородском приюте каждый из нас прошёл хорошую школу, перемывая по сотне тарелок за день. Поэтому нарвал травы и с песочком всё тщательно промыл.

Над рекой стояла глухая тишина. Даже интересно, почему здесь не селятся люди. Может, всё из-за того, что племена алеутов не любят подолгу сидеть на одном месте? Это их земля, снялись со стойбища и пошли дальше, куда духи подсказали. Постояв у воды, заметил спускающихся со взгорка парней, тоже решивших вымыть посуду, и вернулся к костру. Раз меня назначили в дозор в самое неприятное время, когда сон особенно сладок и крепок, надо выспаться. Расстелил спальный мешок, скинул берцы с носками и залез внутрь, не забыв положить рядом с собой пистолет. Заснул без всяких сновидений. Видимо, Геванча в самом деле не мог со мной общаться напрямую. А ведь я хотел узнать с его помощью, где искать Кытугйина. Иначе рискуем ноги до ушей стереть, но так и не обнаружить Небесный Камень.