Автор: Аlex Kleiton
Наши дни. Вихштейн. Заброшенная шахта. Глубина 240 метров. Расселина № 9.
— Ты уверена? — голос Адама в рации дрожал, прерываемый помехами. — Эшли, ты не обязана.
— Заткнись, Джонс. Я пролезу. А ты со своими плечищами — нет.
Эшли Вайт поправила каску и посмотрела на отверстие в породе. Расселина была узкой — настолько узкой, что взрослый мужчина застрял бы в ней уже на уровне плеч. Профессор Харрис пытался протиснуться первым, но застрял через полметра. Майк даже и не пробовал — он умер на днях.
Грег, их техник, мрачно покачал головой:
—Я туда не влезу, даже если намазаться маслом.
Кэтти, худенькая лаборантка, попробовала бы, но запаниковала бы в тесноте, забилась в истерике. Но её с нами тоже больше нет.
Оставалась только Эшли.
Самая миниатюрная и худая. Та, кого в университете дразнили «тростинкой» и «девушкой-рентгеном». Она весила сорок семь килограммов при росте метр шестьдесят два, и ее узкие плечи были единственными, кто мог протиснуться в эту чертову расселину.
— Я геммолог, — сказала она тогда, застегивая страховочный пояс. — Моя работа — лезть туда, куда никто не может. Вперед, мальчики. Подстрахуйте меня.
И полезла.
Первые метры дались тяжело. Камень сжимал ее со всех сторон — холодный, влажный и давящий. Она двигалась медленно, отталкиваясь локтями и коленями, выдыхая каждый раз, когда порода особенно сильно впивалась в ребра. Налобный фонарь выхватывал лишь узкую полосу скалы перед лицом.
— Ну как ты? — трещал в наушнике голос Адама.
— Потрясающе, — прохрипела Эшли. — Как в спа-салоне. Тесновато, зато бесплатно.
Она старалась шутить, но внутри нарастало странное чувство. Воздух здесь был густой и вязкий. Эшли морщилась, но респиратор болтался на шее — она сняла его почти сразу, потому что в нем было невозможно дышать в такой тесноте. Каждый вдох давался с трудом, а с респиратором — тем более.
— Почти на месте, — выдохнула она. — Я вижу расширение.
Расселина действительно заканчивалась — впереди темнел провал, за которым угадывалось какое-то открытое пространство. Эшли сделала последнее усилие, протиснулась, обдирая плечи о камень, и вывалилась в небольшую пещеру.
Она встала, отряхнулась, подняла луч фонаря — и ахнула.
Стены пещеры искрились. Тысячи, десятки тысяч крошечных огоньков вспыхивали в ответ на свет — васильковые, синие, голубые. Сапфиры. Необработанные, вросшие в породу, но уже сейчас видно было — музейный уровень. Эшли забыла обо всем что ей мешало и беспокоило минуту назад. Она была профессионалом, а профессионал в такой момент думает только о работе.