— Командир прав, вон у него швейная машинка есть, ты Леха патефон купил, пластинки надо тоже загрузить, даже если побьются в пути, но мы их в тряпки замотаем. Стволы под мотоцикл в тайник прячем, не просто так ремонтникам магарыч ставили, когда не по лесам едем на хрен их «светить» по городу разъезжая, пусть под мотоциклом будут.

Вот такой вот был военный совет. В целом мы хоть и шли с перегрузом, но основной вес этого самого «перегруза», были не самые ценные наши трофеи, за исключением духов, косметики и женского нижнего белья. Нужно понимать, что в СССР был всплеск бандитизма. Разные кобелирующие личности из криминальных кругов с удовольствием скупят данное белье своим «Муркам», как там было в песне?

Кольца и браслеты,

Шляпки и жакеты,

Разве ж я тебе не покупал…

Причем распродать часть трофейного барахла, мои бойцы были совсем не против. Напоминаю мы собирались артель открывать по грузоперевозкам, нам нужен уставной капитал нашей артели. Туда кстати и все деньги с вкладных книжек наших пойдут. Не так, чтобы их много было, но накопилось за несколько лет войны.

Кстати! Чего у нас просто не могло не быть с собой — это трофейных и союзнических сигарет. Это я не курящий, но брали с собой солдатики по возможности побольше. Опять же алкоголь, кроме шнапса для обмена на бензин, везли разное вино, да виски, набрали так сказать алкоголя подороже в том числе шампанское. Тем более по договору в дороге никто пить не должен. Ветераны понимали, как пьянка опасна перед боем. Сейчас мы не в бой готовились, но определенный риск был.

Хочешь насмешить Бога? Расскажи ему свои планы

Если мы изначально собирались пересечь границу СССР тайными тропами, то планы резко поменялись, но обо всем по порядку. В последний день пребывания в городе Вандлиц, мы завалились с ночевкой к фрау Гиммлер. Надо сказать устроили шикарную отходную, очень плотно общались с девочками, а затем много пили. Перед рассветом началось прощание.

— Баб Нюр, мы вещи упаковали, сказав такое кивнул головой на наши байки, которые больше походили на повозки цыган, так много вещей и чемоданов было привязано к ним.

— Ой сыночки, да как же я теперь одна буду? Запричитала старушка.

— Ничего мать, вон сколько добра оставляем, пока распродашь, проживешь, а жизнь сама видишь налаживается, есть уже и полиция из немцев. Скоро и работа появится.

— Спасибо вам! Береги вас Святая Дева! стала нас перекрещивать на дорогу на католический манер баба Нюра.

— Ну все старая, хватит, Бога нет, так товарищ Сталин сказал! Прекратил я ее попытки пустить слезу и устроить долгие проводы.