— Так что же у вас даже помыться было негде в роддоме?

Но Анечка оставила мой вопрос без ответа и убежала в ванную комнату, она так спешила, что раздеваться начала еще в нашем довольно не маленьком коридоре ее путь напоминал, дорожку той девочки из сказки, что сыпала хлебные крошки, с той лишь разницей, что были разбросаны шмотки.

Не знаю, что уж она там делала, но заиграл наш домашний магнитофон, который стоял специально в ванной комнате, дабы наслаждаясь водными процедурами слушать музыку. Мы конечно не семья цыганских баронов, но могли себе позволить несколько магнитофонов в том числе обожали классическую музыку. Повторяю не знаю, чего там делала моя красавица жена, но только лишь раздавалось музыка и звук воды, а уже приехал Андрей и привез продукты. Надеюсь она там не утонула или чем она там занимается? Решила намыться на три года вперед?

Ибо явились друзья, которых вместе с моей мамой и братом, а так же тещей привез автобус киностудии и мне стало полегче. Ибо накрывать стол на всю эту ораву втроем: я Андрей и моя домработница, было не очень-то и просто, а Анечка все продолжала намываться. Похоже действительно были проблемы с душем или чего оно там обычно в роддоме бывает? Как-то не рожал не разу за две свои жизни, вот не пришлось…

Раздались первые тосты и здравницы. Учитывая, что оей красавицы жены пока еще не было все внимание и лесть доставались мне и моему сынишке. Которому в общем-то было по фиг! Ибо он мирно дрых в своей кроватке. Учитывая тот факт, что прибыли не только лишь старые друзья поздравить меня со столь замечательным событием, но и новые Иван Владимирович Соловьев вывел меня на балкон покурить…

Да лично я не курил, да и выходить на балкон зимой то еще удовольствие, особенно с учетом того факта, что в «сталинках» балконы не стеклили, ну не принято сейчас такое. Опять же огромный плюс состоял в том, что балкон маленький! Потому мы вполне себе остались 1 на 1 и могли пообщаться с глазу на глаз.

— Да Степан, ну ты выдал… Сказал Соловьев, кутаясь зябко в шинель, что была накинута у него на плечах, было слегка прохладно после тепла комнаты.

— Ничего от нашей доблестной милиции не скроешь… Уже доложили? Пошутил я в ответ.

— А то как же! Не напрасно свой хлеб едим, но ты знаешь, что не делается оно к лучшему. Ответил генерал.

— Да я бы не сказал… Хотя я и не был курящим, посмотрел на Соловьева и так мне захотелось затянуться…

— Можно папироску? Попросил я у него…

— Ты же не куришь? Удивленно вскинул бровь генерал, но протянул пачку ловким ударом пальца заставив одну из папиров «выскочить» в мою сторону из пачки.