Руки тянулись то к пистолетам, то к ножам, но живых здесь в виде мужского населения не наблюдалось. А ведь, если подумать, то как-то они быстро умерли…

Любовь чуть в обморок не упала, когда её обнажённое тело окутали толстой тканью, а потом:

— Ой! — её очень осторожно подхватили две мощные, мускулистые руки, а потом подняли, прижав её тело к широкой груди.

— Ты, как тебя? — совсем близко раздался мужской безжизненный голос.

— Ан-на-а-а, — раздался со стороны дрожащий голос подруги по беде.

Анна чуть от страха не померла, когда всё началось. Сжавшись в комок, после слов незнакомца, она два раза ощутила на своём теле две струи горячей жидкости. Струи артериальной крови окропили вокруг себя место побоища, «зацепив» тело девушки.

Она приподняла голову и увидела, что здоровенная фигура с ножами в руках направляется к ней и подруге по несчастью…

Он идёт убить их! Она завороженно смотрела на него, когда клинки были убраны за спину, а потом этот страшный человек оглянулся, подошел к кровати и сдернул покрывало. Потом вернулся и подойдя к Любви накинул его на неё.

— Одевайся и за мной, — черный шлем повернулся к ней.

Анна сглотнула, когда этот псих подхватил подругу на руки и обратился к ней, а потом не ожидая ответа, вышел из комнаты.

Любовь испытывала сильный страх, не понимая почему она ещё жива и куда её собственно несут.

Она непроизвольно прижалась головой к груди мужчины, ощущая всем телом, что мужчина хорошо физически развит. На груди и животе какие-то щитки, покрывающие его тело.

Стук его сердца был совершенно спокоен, будто он только что не убил несколько человек. Дыхание, прорывающееся через какое-то препятствие, но тембр голоса, несмотря на то, что его точно пытались исказить, её тонкий слух прекрасно определил.

— Ой, мама! — позади них раздался вскрик Анны, увидевшей первый труп с простреленным пахом и головой в коридоре.

— Тс-с-с, — шлем повернулся к Анне, которая тут же замолчала. — Где? — она всё поняла и бросилась в тот блок помещений, где была её камера и остальные помещения с девушками.

Сильнейший удар, а потом взвизгнувший металлический звук.

Двери камер запирались на простые металлические засовы с внешней стороны, а руки были заняты, так что Герман ударом правой ноги просто сломал засов на одной из камер, ударив снизу-вверх.

— На выход, откройте другие камеры, — неожиданно раздался голос несущего девушку. — Пора домой, — затем недолгая тишина. — Все на выход. Мне нужен стул.

— Вот, я принесла, — раздался испуганный голос Анны, притащившей стул из ангара, и по кивку неизвестно поставила стул неподалёку от него.