— И кто ты, воин?

Тон, которым был задан этот вопрос Давиду, показался ему абсолютно издевательским…

«Прокурорский следователь!» — мгновенно опознал противника Давид.

Его ребята, в первые дни нахождения в городе, успели сделать несколько фотографий директора завода, начальника милиции посёлка Сылва и вот этого…

Полный провал! Поднять лапки? Ну нет, он воин, а не какой-то запуганный гражданский, и Давид принял решение.

Не говоря ни слова, он сорвался с места, обозначил удар левой рукой в корпус противника, на самом деле нанося удар правым боковым в висок противника.

Тот не попался на «обманку», резко присев, а выпрямившись, сам нанёс удар правой рукой в голову Давиду. Успевшему согнуть левую руку в локте, получив сильный удар по предплечью, чем спас себя от нокаута.

В ответ нанеся лоу-кик правой ногой в коленный сустав. Который не прошёл — противник мгновенно согнул ногу в колене, приняв удар на голень.

Тогда левый прямым в лицо, правым боковым в голову, левой в печень и удар коленом в тело в прыжке.

— Ну надо же, — отскочив на метр от противника, Герман с интересом смотрел на него. — И тут евреи.

По стилю боя, он сразу опознал, — крав-мага (стиль рукопашного боя), созданного одним израильским военным. Жёсткий и действенный стиль для подавления противника в первые секунды боя.

Давид показал средний палец, стараясь привести в порядок сбитое дыхание. Бой шёл на больших скоростях, с выплеском всех сил, чтобы подавить, уничтожить противника. Жаль не удалось.

— А вот грубить в гостях нехорошо, — спокойно сказал Герман, склонив голову к правому плечу, укоризненно потряс указательным пальцем. — Тут вам — не здесь.

— Герман, мы всё! — раздался крик Петрова со второго этажа.

— Попался, голубчик, — раздался радостный выкрик Романа, который со своим напарником, с трудом, но повязали свою жертву.

— Упс! Ты, последний, — немного приподнялись уголки губ у Германа, с интересом рассматривающего своего противника.

— Azaka! Nsiga (Тревога! Отход! — прим.), — им из здания не уйти, но оставшиеся за забором имеют шанс уйти.

— Не получается, да! — усмехнулся Герман, смотря на потуги Давида, пытающегося по рации предупредить своих. — Печалька!

Давид понял, что эфир забит помехами, значит его не услышали…

— А-а! — ему не уйти, но хотя бы стереть эту издевательскую улыбку… ему очень захотелось.

Короткая сшибка и бойцы отскочили друг от друга.

— Молодец! Ничего так, — поднял палец большой руки Герман. — Могешь! А теперь мой черед, — прыгнул вперёд.

Удар! Ответный удар! Блок! Удар!

Противники отскочили друг от друга: один смотрел с ненавистью, а второй с интересом, ожидая увидеть чего-то новенькое для себя.