— Уголовный розыск, — один из более молодых мужчин вытащил из внутреннего кармана удостоверение и открыв предъявил его.

Вот только она даже толком не успела ничего рассмотреть, как книжечка захлопнулась, а удостоверение вернулось на прежнее место.

— Вы Людмила Светлова? — спросил её самый возрастной из них.

— Да-а-а, — она с испуга начала заикаться.

— Проедемте с нами. Ничего не бойтесь. Всё будет хорошо, мы лишь допросим вас, как свидетеля, — мягкий тон голоса и доброжелательное выражение на лице убедили её последовать за мужчинами, которые посадив её в пассажирский Фольцваген Транспортер увезли её в городской офис «Титана».

Расследуя уголовное дело по факту убийства четырёх фигурантов в автомобиле, Герман имел полное право по закону официально получать доступ к личной информации убитых, а также допрашивать лиц, которые хоть каким-то образом общались или знали фигурантов.

Но и тащить девочку в прокуратуру пока не хотелось, так что её решили сначала опросить в мягкой форме в офисе «Титана» в располагающей обстановке и в присутствии профессионального психолога.

— Ну мы к ней сначала психолога подпустили, а потом сами пообщались, — Глотов присел рядом в соседнее пустое кресло.

Затем он дал Герману диктофон, на который велась запись разговора с девочкой. Прослушав её рассказ про то, как её в один из вечеров опоили, а потом всю ночь издевались над ней четверо ублюдков, ему захотелось съездить на кладбище, выкопать этих уродов, а потом ещё раз убить.

«Я хочу отчислиться из вуза, — вот это он и ждал, больше опасаясь последствий. — Уеду обратно в свою деревню, устроюсь дояркой в коровник».

Явно информацию об её изнасиловании кто-то распространил в её вузе, так что на неё смотрели, как на прокаженную, да ещё и травили, все кому не лень. За спиной она стала падшей женщиной, которую можно пользовать за деньги и просто так. Отбиваться от подобных похабных предложений ей приходилось каждый божий день. И девочка сломалась, поняв, что лучше вернуться в свою родную деревню, расположенную черте где в Пермской области.

Приходилось Герману сталкиваться с подобными случаями. И тогда приходилось только кулаки от злости сжимать, да ещё и зубами от бессилия скрипеть.

— Что психолог сказала?

— Время и… — недоверчиво продолжил Глотов, — новые отношения: надежное и крепкое мужское плечо. Вот тут я ничего не понял. Её изнасиловали, а ей мужчину нового подавай?

— Ха, тогда с Куравлевым я сам с Титовым решу, а вот к тебе у меня будет странное и необычное задание, — повернул голову к Глотову Герман.