Голос незнакомки был полон беспомощности и какой-то завораживающей робости. Парень честно, изо всех сил стремился глядеть ей в глаза, но взгляд невольно опускался ниже, туда, где призывно торчала пара тёмных, набухших от холода сосков. А затем и ниже…
Петя не заметил, как красавица оказалась рядом. Легко, плавно проскользнув под смотрящим на неё ружьем, она выпрямилась и тонким плечиком отвела оружие в сторону. По уставу, парень должен был поднять тревогу, заставить незнакомку остаться на месте, да выстрелить, на худой конец, но ничего из этого он сделать уже не мог. Незнакомка распахнула объятия и прижалась к парню, привстала на цыпочки и тихо, с придыханием прошептала ему на ушко:
— Теперь ты мой, воин…
Скосив взгляд, растерянный парень успел увидеть, как распахивается рот красавицы, превращая её в уродливого монстра — полная клыков зубастая пасть шириной в две трети лица и длинным, гибким языком уже собиралась сомкнуться на его шее…
Он не успевал сделать ничего. Ни потянуться к охотничьему ножу, что был у каждого рядового в этих краях, ни уж тем более попытаться воспользоваться ружьем, ни даже просто оттолкнуть тварь — нежные поначалу, тонкие девичьи ручки внезапно стиснули его прочти с медвежьей силой, заставляя кости трещать.
Страх удивительная вещь. Сигнализация об опасности и экстренный протокол, заставляющий живое существо всеми силами пытаться выжить — если уметь им правильно пользоваться, и губительнейший враг если не уметь. Опытные воины, да и не только воины, умеют его обуздать, преодолеть и направить себе на службу, новички же обычно из-за него гибнут даже там, где вполне могли бы выжить…
И сейчас липкий, противный ужас заставил парня напрячь все силы. Его жизнь висела на волоске, и он напряг все силы, что в нём были — но пока тщетно. Время замедлилось, а может, просто монстр решила насладиться охватившим человека ужасом, не позволяющим даже закричать и потому делал всё нарочито медленно… Он не знал, но внезапно голова взорвалась вспышкой короткой боли. А затем он ощутил, как по всему телу пошла короткая судорога — так, будто в нём стремительно прорастали новые вены, по которым вместо крови текла сама Сила. Воплощенная Мощь, от которой даже страх отступил назад — и несмотря на боль мощнейшей в жизни парня мигрени, вместе с тем он ощутил некую эйфорию.
Подсознание молодого человека решило, что пора брать дело в свои руки и властно отодвинуло в сторону разум, не успевающий обработать огромный поток информации, поступающий с огромной скоростью. Что толком делать с этой силой, оно тоже толком не знало, но вспомнило самое сильное, самое яркое впечатление в своей жизни — схватку трёхрогого чудовища с командиром их отделения, странным лейтенантом Аристархом Николаевичем, который с того дня стал для него самим воплощением могущества боевых магов. А чем пользовался их командир отделения?