А ещё главный их бич — скука. В нашем мире им интересно, но без проводника они здесь не могут задерживаться.

— Ты ведь уже видел, что я могу, верно? — шагнул я к огоньку.

— Да, — мигнуло пламя, чуть отлетая от меня.

— Я привяжу тебя к такому же Источнику, как здесь,- пошел я с козырей. — Привязанный к Источнику, тем более Великому, ты не будешь терять силы в его пределах и на расстоянии в полсотни километров вокруг. А потом сделаю малую привязку ещё в на шестнадцати разных Источниках — не полноценную, при которой ты можешь распоряжаться Источником, а минимальная. Но даже её хватит, что бы ты мог передвигаться по всей моей земле. К тому же Великий Источник, что я тебе подарю — огненный. Идеальный вариант для тебя, верно?

— Но что ты хочешь взамен⁈ — угрюмо поинтересовался Дух, приняв форму бородатого и неопрятного мужика-крестьянина.

— Я хочу, что бы ты по своей воле пожелал следовать за мной, — честно ответил я. — Поэтому я сперва выполню свою часть уговора, а ты подождешь и подумаешь — оставаться здесь в качестве бессловесного слуги и отправиться дальше в унылый Астрал, надеяться встретить достойного шамана… Или стать не слугой, но соратником, могущим сам творить свою судьбу и наслаждаться нашим миром и Великим Источником. Думай.

Если бы он не видел воочию мои силы, он бы даже не стал слушать — я вижу, как его раздражает моя правота. Что ж, я дам тебе полноценный глоток свободы, а после поглядим, чего ты на самом деле хочешь. В том, что Дух мне покориться, у меня сомнений не было. Просто ему нужно было осознать и смириться с фактом его рабской службы шаманам.

Добровольно служащий Дух — огромная редкость. Эти существа очень сильно зависят от своего душевного, внутреннего состояния. И в приподнятом настроении, искренне обязавшись чем либо, занимаются этим с утроенной силой.

И в постепенно опускающихся зимних сумерках я зашагал в свои покои. Признаться честно, я не люблю жертвоприношения, ненавижу свою роль палача — но что поделать, этот мир не оставляет мне выбора, и потому приходится преодолевать всё это молча, про себя… Накатывает иногда такая хандра, но нельзя показывать. Никому, даже Хельге — слишком для многих я пример и ориентир, и я не хочу их подводить.

Когда я дошел до своих покоев, внутри я застал Хельгу в компании шести неизвестных мне девок. А, нет, известных — боевые чародейки моей гвардии. Странно — в спальне гостей не принимают, а Хельга всегда — само приличие, если рядом те, перед кем надо стоять и улыбаться.

— Ладно, девчонки, продолжим в следующий раз — хлопнула в ладошки она. — А сейчас попрошу оставить нас наедине.