«Жизнь за жизнь», — пробился ко мне еще один отчаянный эмоциональный мыслеобраз.

Чуть приспустив поводок, я вопросительно поднял бровь. Демон — уже больше похожий не на адскую гончую, а на лужу густого мазута, приподнял оплывшую голову и показал на Васю. Несколько мгновений мне потребовалось на то, чтобы понять, о чем вообще шла речь в этом его «жизнь за жизнь».

Тело чернокожего гангстера было все изломано мутацией и изорвано пулями, одна нога повернута под немыслимым углом. Здесь, в остановившемся мгновении черно-белого теневого мира, Вася еще был жив, но стоит мне вернуться, и он скоро умрет — отчетливо понял я.

— Не верю я тебе, — покачал я головой разочарованно, готовясь убить демона. Я вообще ничего не знаю о демонах и демонологии, так что начинать с одним из низших деловые отношения весьма рискованная сделка.

«Я отдам часть своей силы ему», — забилась уже полная отчаяния мысль обреченного демона.

— Что-то ты стал слишком разговорчив для ограниченно разумного? — вдруг удивился я несоответствию его поведения.

«Две души».

Точно. Он же поглотил две души совсем недавно, убив охранников усадьбы. Один из которых, кстати, одаренный. А значит не только жизненной энергией поделился неплохо, но и эфиром. Или, как его называют, азуром — который, сплетаясь с силой стихий, частично материализует душу. Так что демон уже далеко не бессловесная собака. В нем опыт и знания одаренного, пусть и частичные. Такой своеобразный Шариков получился — неожиданно пришел я к выводу.

И тут я догадался, что ведь именно поэтому — во избежание усиления демона — похожая на Анну Николаевну целительница сама убила светом последнего охранника, не дав ему умереть от зубов твари. Охранник ведь явно был обречен, а она просто не дала демону усилиться за счет него. Или она просто милосердно не дала демону сожрать душу одаренного охранника?

— Давай, Шариков, до свидания…

«Клянусь служить тебе последним днем», — сквозь предсмертный хрип пробилась последняя мысль демона.

— Последним днем? — невольно ослабил я петлю. Что-то ведь слышал от фон Колера при упоминании демонологов, и я очень хорошо запомнил именно эту фразу. «Добровольная клятва демона», точно. Нечто, упоминавшееся фон Колером, из разряда очевидного-невероятного.

— Даже так? — удивился я. — Клянешься служить мне последним днем?

«Клянусь служить тебе последним днем», — уже не мыслеобразом, а словами более уверенно повторил демон, почувствовав ослабление ошейника.

А почему бы и не да? — подумал я с интересом. Если что, убить его всегда успею. Надо только как можно скорее узнать, насколько преданно будет служение давшего мне добровольную клятву демона.