— Вы подождите пароходы выбирать, — сказала Катя. — Прямо завтра вы что делать собираетесь? На вокзал за билетами идти? А ориентировка на Прота? Да и Герману Олеговичу высовываться не рекомендуется.

— А если на брице своим ходом? — жалобно сказала Вита. — Мне на поезд тоже не хочется.

— Если своим ходом да партизанскими тропами, тут или на серьезный бой нарветесь, или до зимы кочевать будете, — пробормотала Катя. — Через всю Украину да по незнакомым местам? Утопия.

— Вы, Катерина Еорьевна, прямо скажите, шо нам делать, — потребовала Вита. — Що вы с нами как с несмышлеными диточками?

— Логичнее вам к городку относительно спокойному выбраться. Например, к Полтаве. Там без спешки притереться, наладить контакт с аборигенами. Легенду о сиротстве выдумаете, отшлифуете. Вите недурно бы временно поменять национальность. Например, можно гречанкой заделаться. К поэтичной Элладе, насколько я понимаю, у революции и контрреволюции особых претензий пока нет? Да и псевдоказачество на античность всерьез разобидеться еще не успело в связи с недостатком образования. Вот и цель нарисовалась: Греция, славная сторона, где все есть. Герман Олегович поднапряжется, припомнит курс гимназического греческого. Вита разучит пару мелодичных фраз. Некоторая ископаемость произношения — это даже хорошо. Придаст речи оттенок классичности. Главное, без спешки, осторожненько. Особенно с золотишком.

— То так, — Вита озабоченно пригладила волосы. — Надо ювелира шукать. Они поховалися, но найти можна…

— Вот и думайте, — Катя встала. — А мне пора.

Все вскинули головы.

— То как? — потрясенно спросил Пашка. — И утра не подождешь? Чаю бы спокойно попили…

— Катерине Георгиевне надо идти, — пробормотал Прот, снова глядя в огонь. — У нее приказ и все прочее. Хотя и совершенно напрасна такая спешка…

— Что тут рассусоливать? Часть работы вроде как сделала, а дальше фиг его знает, — проворчала Катя, снимая с себя ремешок с колодкой «маузера». — Не вечно же мне сводным партизанским отрядом командовать? Держи, Павел. До цивилизации назначаешься главным пистолетчиком. Только вовремя зарыть машинку не забудь. Засыпешься, я тебе…

Пашка принял оружие, патроны и жалостливо сказал:

— А ты-то как? Совсем без всего…

— Я в иной ипостаси дальше двинусь. Надоело стрелять, — Катя окинула взглядом команду. — Что за уныние? План имеется. Выполнять творчески, но без фантастических завихрений. Справитесь. Паш, я тебя убедительно прошу подумать о мирной жизни. Организация регулярной физзарядки, бега трусцой и иных атлетических развлечений — достойнейшее дело. И пролетариату явная помощь, и загнивающий капитализм не найдет что возразить. Вита — ты, пожалуйста, на себе сосредоточься. Ты девушка деятельная, посему вековые обиды отстрани и займись личными делами. Только и их не форсируй. Чинно, аккуратно…