Отчеканила, но не отвязалась. Помогла одеться в знатную одежду, которой мне в комнату наволокли целый шкаф. Понаблюдала, как я причёсываюсь, продолжая причитать. Но договорить не успела очередную фразу, на полуслове я телепортировался к набережной Столицы на заранее подмеченную точку.
Я на Жон уже больше недели, а так и не вырвался прогуляться среди горожан без назойливого сопровождения, от которого все местные шарахаются.
До полудня пара часов, у широкого солнечного пляжа целый рынок со всяким барахлом, где куча народа трётся. Да и в голубом море девки купаются. Все почему–то с голыми сиськами.
Вы это серьёзно⁈ Почему я только сейчас о таком узнаю.
Окраина города, одноэтажные и двухэтажные дома из дерева и камня, неровные улочки, неподалёку лазурный песчаный пляж, до стен Монолита километров двенадцать, до большого порта — чуть поменьше.
Забавное зрелище вырисовывается. Толпы самок либру с большой заинтересованностью шарятся по торговым лавкам. И им не кажется странным, что здесь одни бабы. Одеты они по–всякому, но не развратно. Скорее практично. Не беру в расчёт девок в штатском, каких тут примерно треть. От военных уже подташнивает. От их выражений на лицах. Можно любую поставить на место быстро, но их так много, что сил просто не хватит на воспитание.
Поэтому делаю вид, что они мне безразличны. Гуляю по рядам, вызывая всполохи интереса у окружающих. Потому что я здесь на пару кварталов единственный мужчина, судя по всему.
При виде моих синих волос и белых расписных одежд либру не сильно залупаются. Наоборот, рассматривают украдкой. Похоже, многим очень интересны мои обычные пластиковые синие тапки, которые я предпочёл вместо предложенных недавно сандалий. Многие здороваются и кланяются. Продавщицы любезничают, не поднимая глаз.
Ах да, я ж наставник! Всем наставникам наставник, исходя из обилия значков на груди.
Покупаю сумку побольше и набираю всяких безделушек из ракушек и жемчуга, какого тут тьма, да ещё и таких цветов невиданных, что диву даёшься. Уверен мои фелиски будут в неописуемом восторге. Как и продавщицы, которые принимают восьмигранные монеты стопками, какими меня снабдил Омбер, когда я спросил про местную валюту.
Деньги быстро заканчиваются, и я начинаю штамповать золотые украшения, которые меняю на монеты. Судя по коварным лицам куриц, меня накалывают по полной программе, но мне плевать. Я просто хочу вот эти бусы!
— А ещё этот кулончик покажите.
— Да Мей Ран… А позвольте предложу вам вот такое, Мей Ран.
— Охренеть! Всё беру.
К зениту рынок пустеет, народ прячется в здания и под навесы ракушек. Всем места хватает, нет никакого ажиотажа.