Я, чёрт возьми, беременна!

Беременна от парня своей сестры, от которого одновременно беременна моя сестра.

Я сплю? Или попала в какой-то сериал с сюжетом покруче «Санта-Барбары»?

Такого не могло произойти. Я не думала, что смогу вообще когда-либо забеременеть. А теперь… Мне только сегодня девятнадцать исполнилось и жизнь меня к подобному не готовила! Вот так подарочек ко дню рождения!

– Что будешь делать, Кира? – Зоя обнимает меня, поглаживая по спине.

– Я не знаю. Я никогда о детях-то и не думала, если честно. Тем более, в таком раннем возрасте, – всхлипываю, обнимая себя за плечи.

– Если ты не готова, всегда можно сделать…

– Нет! Будь я в другом положении по здоровью, думаю, сделала бы аборт не раздумывая. Но ты же слышала доктора. Огромный риск, что с моей гинекологией беременность будет замершая или внематочная. Что есть слишком много других рисков. Но если беременность окажется нормальной, я не стану избавляться от ребёнка. Потому что тогда уж точно никогда родить не смогу. Это и правда чудо, что я вообще забеременеть смогла… И я не хочу потом всю жизнь жалеть, что отказалась от единственного шанса на малыша.

– Скажешь ему?

– Ни за что! Я не стану портить жизнь Лере с Тимуром и их будущему ребёнку.

– А если ребёнок Леры не от него, а от того мужика из командировки?!

Я думала об этом. Учитывая тот мой звонок, сообщения Геннадия и слова отца Тима о связи с конкурентом. Но моя старшая сестра не такая глупая, чтобы врать Дёмину об отцовстве.

– Исключено.

– Но он отец и твоего ребёнка! – подруга начинает злиться, ударяя ладонями по своим коленям. – Не ты одна его зачала, и этот твой Тимур обязан нести ответственность!

– Зоя, нет. Я сразу сказала ему, что детей иметь не могу. Иначе он бы не стал… а с Лерой они значит планировали, раз не предохранялись. Поэтому он не должен нести ответственность за мою глупость. И их запланированный малыш не должен страдать из-за меня.

– А ты и твой ребёнок значит должны страдать?! Нефиг было спать с тобой, раз с ней планировал семью, кобелина эгоистичная!

– Зоенька, миленькая, я всё понимаю, – тараторю, ощущая, как слёзы снова неудержимым потоком текут по щекам. – Но это моё решение, уважай его, пожалуйста. Если беременность окажется нормальной, я уеду в Самару. Пока никто не увидел живот. А ты не посмеешь никому сказать ни о беременности, ни о причинах отъезда. Поклянись, Зоя.

– Я клянусь.

Облегчённо выдыхаю. Кладу руки на живот.

Зародившийся внутри плод запретной любви аномально греет изнутри, но душа умывается слезами. Понимание, что те две совместные ночи, наше удовольствие разлившееся во мне горячим семенем, привели к катастрофе, вводит в дичайший ступор.