Я много раз задавалась вопросом, какой именно будет наша первая ночь. Множество раз представляла её. Поэтому задерживаю дыхание в ожидании его движения внутрь, готовясь к неизбежной боли. Но всё оказывается не так жутко мучительно, как я думала и слышала от других. Видимо, мне повезло с организмом.

Он входит аккуратно, не торопясь на четверть длины ствола, давая привыкнуть. Мне неприятно, и я стараюсь не сморщиться. Немного больно, но не настолько, чтобы я захотела прекратить. Дёмин терпеливо и нежно поглаживает меня по лицу, пытаясь успокоить. Мысленно благодарю его за проявленную осторожность – не знала, что он может быть таким нежным. А после, не дав мне опомниться, он резко толкается тазом, входя ещё глубже. Закусываю губу, перетерпливая яркий момент боли, пока Тим внимательно наблюдает за моей реакцией, не спеша продолжать. Сама толкаюсь вперёд, показывая, что готова продолжить и мужчина начинает двигаться внутри.

Отголоски боли смешиваются с приятными ощущениями и это так непривычно, но так потрясающе тесно внутри. Горячая волна чего-то совершенно нового окутывает стенки влагалища, полоснув по нервам, когда парень сестры уверенно входит до самого конца, заставляя меня забыть обо всём на свете. Я едва слышно стону в ритм его движений, цепляясь пальцами за простыни под собой. Сосредоточиться получается только на собственных ощущениях: боль вперемешку с вожделением и наслаждением, смесь блаженства и мучения. Первый секс так похож на наши с ним отношения. Но я рада что чувствую что-то, ведь не всем это дано в их первый раз.

Тимур просовывает руку между нашими телами, начиная ласкать нежный бугорок.

– О, Бог ты мой! – вскрикиваю я, понимая, что скоро достигну пика.

Мужчина приподнимает мою ногу, проходясь поцелуями по икре. И снова прижимается ко мне всем телом, кусая шею почти бесконтрольно, зализывая и снова кусая, заставляя меня задыхаться и хрипло стонать в его плечо. Видимо, и он больше сдерживаться не в силах.

Я уже сама начинаю елозить под ним, насаживаясь на член, с неведомой ранее силой. Впиваюсь пальцами в спину Тима. Чёрт, его ведь нельзя царапать. Иначе она узнает. Отпускаю его плечи, сжав руки в кулаки.

Она не узнает, мы этого не допустим.

Тимур продолжает ласкать мой клитор, ускоряясь, доводя до фееричного финала слишком внезапно, слишком ярко. И я сильно стискиваю его бёдра между своих ног, вместе с тем сжимая стенки влагалища вокруг его ствола, подводя мужчину к краю.

– Чёрт, Кира, – он начинает отстраняться. Не позволяю.

– Кончи в меня, – севшим от криков голосом прошу я.