– Я всему её научу! – выпаливает Ринат.
– Я…
– Не думаю, что сёрфинг для Киры, – перебиваю девушку.
– Я хотела сказать, – сестра Леры смотрит на меня с вызовом, задрав подбородок. – Что никогда не пробовала, но мне хотелось бы.
– Правда? – слащаво ухмыляется Ринат. – Тогда приезжай, я всему тебя обучу.
Сжимаю под столом кулаки. Друг похож на кота, который живёт сейчас с нами, когда тот видит свой корм. Я прекрасно знаю, что именно он собирается сделать и чему конкретно обучить девчонку. Он выбрал новую жертву. Нужно ли мне вмешаться? Нет. Это не моё дело. Пусть делает что хочет. Меня не должно это волновать.
Ещё десять минут болтовни и Ринат наконец-то прощается и уходит из моей квартиры.
Кира тоже выходит, взяв с собой пляжное полотенце. Значит, на пляж собралась. Я же сажусь работать над новым проектом. Вздыхаю, когда читаю сообщение от мамы, что она собралась навестить меня завтра, а значит придётся рассказывать обо всём Валерии и что-то придумывать для мамы насчёт Киры.
Несколько часов за работой пролетают незаметно и у меня звонит телефон. На дисплее высвечивается: «Л. Ольховская», которую я так и не удосужился переименовать.
– Дорогой? – расстроенно приветствует меня женщина. – Я даже не знаю, как тебе об этом сказать…
– Что случилось? Рейс задержали? Ты должна была уже вернуться.
– Нет… Не совсем.
– Не тяни, Лера.
– Твой отец улетел домой, а мне и ещё паре сотрудников приказал остаться, потому что конференция затягивается. Я не стала отказывать, работа превыше всего! Прилечу только в понедельник. Ты не обижаешься?
– Конечно нет. Прилетишь, как закончишь дела.
– Тим… Отдай ключи которые я спрятала Кире.
– Зачем? – удивляюсь я.
– Поедет домой, пока я не вернусь. Вы же вдвоём… – мнётся Валерия. – Наверное, она тебе мешает.
Поражаюсь догадке: Лера ревнует? Беспокоится, что мы сблизимся? Или правда волнуется о моём комфорте? Но Кира не может уйти. Завтра утром приедет мама, а я ещё не придумал что со всем этим делать.
– Твоя сестра мне не мешает. Мы почти не видимся. Она или убегает куда-то с утра, или сидит в своей комнате, – вру я.
– Вы… Не общаетесь, да? – снова странный вопрос, заданный боязливо.
– Ты на что-то намекаешь, Лера? – прохладно осведомляюсь я. – Если так, говори напрямую.
– Нет, милый, нет. Что ты! Просто спросила, – она всё ещё звучит расстроено. – Я… Мне надо идти, у нас ужин с Куликовым. Но я позвоню тебе вечером, ладно?
– Куликов значит? – хмыкаю я.
– Не ревнуй, – хихикает старшая Ольховская.
– Я и не ревную. Сам соскучился по этому поганцу и нашим спорам.
Лера игнорирует мой сарказм. Прощается как-то озадаченно и сухо. И у меня складывается стойкое впечатление, что между нами что-то необратимо меняется.