– Я записалась, но там очередь, вышла за водой, – облизываю пересохшие губы, во рту всё сохнет.

– Оль, нам нужно всё обсудить, поговорить спокойно, но не здесь и не сейчас, сейчас мы с тобой поедем в хорошую клинику, я хорошо знаю там гинеколога, встанем на учёт у него, – поднимается на ноги, говорит муж, а меня коробят его слова.

Обида поднимает голову.

– Уж не в ту ли, где стояла Ксения? – выпаливаю вопрос.

Ник морщиться, поджимает губы. Ясно, так оно и есть.

– Я никуда с тобой не поеду, на учёт встану здесь, если не понравиться, сама найду медицинский центр, – поднимаюсь со скамейки.

Меня слегка ведёт, Ник тут же хватает меня за локоть, следом перехватывает за талию. Ком горькой желчи подкатывает слишком быстро, успеваю только заметить урну, куда бросала бахилы, резко рвусь к ней, сбросив руку мужа с талии.

Со стороны выглядит до ужаса не красиво, сомой стыдно, но что поделать если у меня токсикоз?!

Опустошаю желудок, горло горит огнём, на висках и лбу выступил пот. Отхожу от урны, буквально падаю орано на скамейку, глубоко дышу.

– Оль, я сейчас принесу воды, подожди пару минут, – взволновано говорит Ник и чуть не бегом направляется в аптеку.

С Ксенией он так же волновался? К врачу он с ней точно ходил, если хорошо знает гинеколога! Встряхиваю головой, хочу прогнать причиняющие душевную боль мысли, но они как назойливые мухи всё лезут и лезут в голову, рисуя картинки, как муж заботливо ухаживал за другой. Тошнота вновь накатывает её явно спровоцировали собственные мысли. Дышу глубоко, стараюсь успокоиться и прогнать дурноту, переключиться на другие мысли.

Я беремена от Ника, не было другого мужика, у моего малыша будет отец…

От последней мысли замираю. Что теперь будет, как быть?

– Оль, – раздаётся совсем близко, – держи, – Ник опускается на корточки, – ещё и леденцы, они мятные, аптекарь сказал, что они помогают от тошноты, – вкладывает мне в руки маленькую бутылочку воды и пачку леденцов.

– Спасибо, – благодарю мужа и первым делом открываю бутылку, делаю пару глотков воды.

– Оль, – как-то глухо начинает Ник, – ты права, Комарова действительно стояла на учёте в той клинике, в которую я хочу тебя отвезти, когда предложил первый раз, даже не подумал о таком нюансе, просто там реально хороший врач. Комарова там больше не наблюдается, я перестал спонсировать её, как только узнал правду. Прости, я только сейчас понял, как будет всё выглядеть, как тебе будет неприятно там наблюдаться, к тому же я допустил ещё одну ошибку, я был указан, как отец ребёнка, да и оплата шла с моего счёта, – тяжело вздыхает, рукой проводит по волосам, ерошит их.