я собираюсь делать прерывание? – закусываю щеку, грудь пронзило острой болью от его «нашего малыша», – и да, это не твой ребёнок, – говорю и резко отворачиваюсь. Стыдно и больно! Вот как получилось! Должен был стать отцом он, его предательство, а получилось, что это я переспала с другим, да ещё и беременна! – Мой, Оль, точнее, наш, – чувствую на талии его руку, тянет меня на себя, – это я был с тобой той ночью, забрал тебя из клуба, точнее, вырвал из рук какого-то мудака, думал, только отвезу тебя к Янке и всё, но так захотелось тебя поцеловать. Ты меня звала, Оль, шептала, как любишь, мне башку тогда снесло, я так по тебе соскучился, так люблю тебя. У меня не было сил отказаться, уйти. Я понимаю, как сейчас это звучит, кем я выгляжу в твоих глазах, воспользовался тобой под алкоголем, но я думал, ты понимаешь, кто с тобой и что делаешь, – крепко прижимает к себе, шепчет на ухо, повергая меня в глубокий шок! Он?! Это был он?! Пытаюсь прокрутить события того вечера, ночи, но картинки, в которых должен замелькать Ник, в моей памяти нет! – Я люблю тебя, Оля, прошу, не убивай нашего малыша, – хрипит Ник, ещё сильнее вжимая в себя. От осознания того, что говорит Ник, меня пробивает на смех, в голове куча мыслей, в груди становиться тесно, меня буквально разрывает на части. – Тишшш, всё хорошо, всё хорошо, маленькая, – шепчет муж, уткнувшись мне в волосы носом. Хорошо для кого? За тако короткий срок, я уже свыклась с мыслью, что у моего малыша не будет отца, что я не знаю от кого я забеременела! Грызла себя пугающими мыслями, не почувствовала той радости, которая должна быть при виде двух полосок на тесте! Да я много уже о чём подумала, но вот такого поворота я точно не ожидала! Не замечаю, как мой смех сменяется громкими всхлипами, как из глаз одна за одной стекают крупные капли слёз. Меня трясёт, как внутренне, так и внешне. – Оля, родная, не надо, прошу, – уговаривает меня Ник, – прости меня, маленькая, прости, – Ник наклоняется, перехватывает меня ниже за талию, отрывает от земли, – обхвати меня за шею, – просит мягко. Делаю, как говорит, и только когда Никита делает несколько шагов вперёд, а я ощутив грудью слишком твёрдый предмет, вспоминаю про травму мужа. – Отпусти, – хриплю, упираюсь ладонью в здоровое плечо мужчины. – Сейчас, – получаю ответ. Ник правда отпускает, ставит меня на ноги около лавочки, что находиться прямо на широком крыльце поликлиники. – Присядь, Оль, – придерживает меня за локоть. Мне и правда нужно присесть, от открывшейся правды, слёз