Проезжаем по нашей улице, у ворот дома останавливаю машину, ищу второй пульт. Пока ворота отъезжают в сторону, смотрю на жену. Её глазки блестят, то ли от подступающих слёз, то ли от радости вернуться в наше гнёздышко.

Заезжаю на территорию дома, спешу покинуть салон, чтобы помочь любимой выбраться на улицу. Вот только оказавшись у капота, неожиданно поскальзываюсь и валюсь на обледеневшую дорожку, крепко прикладываюсь затылком. Боль тут же пронзает каждую клеточку головы, в глазах на пару секунд темнеет.

Твою мать!

– Ник?! – громкий крик Оли и хлопок двери машины. – Ты как? – Жена быстро оказывается рядом, тоже скользит ногами по льду.

– Осторожнее! – хриплю, пытаюсь быстро подняться.

– Тихо, без резких движений, – командует любимая. – Я помогу тебе подняться.

– Нет, стой на месте, держись за машину.

Не хватало ещё, чтобы она так же упала.

– Ты как? – в голосе тонна беспокойства.

Делает, как говорю, руками держится за капот машины, стоит на месте.

– Пока не знаю, – хватаюсь за бампер одной рукой, второй опираюсь о обледеневшую дорожку, чувствую острую боль в районе ключицы. – Нужно песком посыпать, – сдерживаю гримасу боли на лице.

В затылке гудит, ещё и плечо левой руки ощущается как-то странно. Стиснув зубы, поддаюсь вперёд, поднимаюсь на ноги. Перед глазами от резкого подъёма прыгают мушки.

– Ник? – поддаётся вперёд. – Где больно?

Кажется, не смог скрыть болезненную гримасу.

– Только правду говори, хватит твоего вранья! – бьёт по больному.

– Кажется, у меня сотряс, Оль, ещё и плечо, кажется…

Только бы не перелом! Мать твою, только не это!

– Что, Ник? – скорее на эмоциях хватает меня за пострадавшую руку, слегка поднимает её.

– Шшш, – срывается сквозь зубы.

– Чёрт! Неужели перелом? Тебе в больницу надо! Давай садись на пассажирское, я за руль, – командует жена.

Хочу возразить, но прикусываю язык, а если и правда перелом? Чёрт!

– Давай, – соглашаюсь, аккуратно обхожу Олю, жду, когда она аккуратно добирается до водительской двери и садится в салон.

Следом и я занимаю своё место.

– Где у нас ближайшая травма? – растерянно спрашивает Оля, выезжая со двора.

– Давай к Володьке, – если ехать, то к знакомому врачу.

В кабинете Берёзова мне ставят неутешительный диагноз! Перелом ключицы! Чёртов гололёд!

– Никитос, здесь без операции не обойтись, спицу необходимо ставить, – сообщает Володя, смотря на снимок.

– По-другому никак? – нельзя мне в больничку ложиться!

– К сожалению, нет, – качает головой.

– Операция будет, и даже не спорь! – вступает в разговор до этого молчавшая Оля.

Смотрю на любимую жену, и в голове рождается одна заманчивая мысль.