— Почему он оставил тебя здесь? — спросил ее Корсон.

— Оставил сообщение для своей дочери.

— Какое? — Она уставилась в телевизор, вместо того чтобы ответить мне. Я встала перед телевизором, привлекая ее внимание к себе. — Что это за сообщение?

— Он знает правду, и ты тоже должна знать, — сказала она и ткнула в меня пальцем, прежде чем снова обхватить себя руками за ноги. — Если я сегодня поеду в город, можно мне купить кроликов?

В своей голове я услышала, как последний винтик с грохотом вылетел из ее мозга и ударился о землю. Что Люцифер сделал с ней? Что все ангелы сделали с ней?

— Какую правду? — я спросила.

— Думаю, вместо этого я бы предпочла цветы, — пробормотала она.

— Мама, какую правду?

— Не твоя мать, а просто сосуд.

— Она сломлена, — пробормотал Хок.

— Она уже давно сломлена, — сказала я, опускаясь перед ней на колени. — Где Гейдж и Бейли?

— Ну, они с ним, — ответила она и хлопнула в ладоши. — В конце концов, мы все родственники, и они тоже его родственники.

Я перевела взгляд на Каима, и ужас свернулся у меня в животе, как протухшее молоко.

— Люцифер знает, что я — смесь двух ангелов? — спросила я.

— Нет, или, по крайней мере, он не знал, — ответил Каим. — Я бы знал, если бы он был в курсе. Мы бы все знали, если бы Люцифер узнал, что Михаил размножался, находясь на Земле. Гнев, который он закатил бы, был бы слышен по всему Аду. Однако, если она, — он махнул рукой в сторону моей матери, — говорила с ним о голосах, и после того, как он увидел, что ты сделала с печатями, он, возможно, понял это.

— Он не мог заподозрить, что это потомок Михаила, — настаивал Рафаэль. — Ты ничего об этом не знал.

— Люцифер не дурак, и он не верит в вас, придурков! — огрызнулся Каим. — Михаил и Ариэль были единственными ангелами, которые ходили по Земле до падших. Если Люцифер подумает об этом, он во всем разберется. И поскольку Ариэль никогда не ходила вразвалочку с беременным животом, он очень быстро разберется, кто именно накосячил.

— О, — выдохнула я. — Мама, Люцифер сказал тебе, куда он ведет Гейджа и Бейли?

Ее глаза прояснились, и она оскалила зубы, глядя на меня.

— Отродье сатаны.

— Да, это уже установлено, — ответила я, нетерпеливо махнув рукой. — Ты была права, но куда делся сатана с Гейджем и Бейли?

— Когда мы поедем в город, я бы хотела покататься на пони, — сказала она и отвернулась от меня. — Поиграй в какие-нибудь игры, как мы, съешь еду, всю еду целиком. Голодная. Когда приедут грузовики, они заберут и меня тоже?

— Мама, пожалуйста, где они? — взмолилась я.

Она уставилась на экран через мое плечо.