Глухие удары и по облицованному мрамором полу покатились ледяные осколки. Многие не выдержали ужасного зрелища разбивания еще совсем недавно живых людей в груду обломков и закричали.
Не удостаивая взглядом слишком впечатлительные натуры, страшный пришелец подошел ближе. Только сейчас все обратили внимание на его внешность, а главное на глаза, где вместо белков и зрачков мерцала тяжелая синева.
От крепко слаженной фигуры волнами исходил обжигающий холод, заставляя инстинктивно держаться подальше. Заложники заелозили по полу, отодвигаясь назад, с неприкрытым страхом глядя на чужака.
Лишь Ксения осталась на месте. При приближении парня она слегка присела, уважительно склонив голову, выпрямилась и твердо произнесла:
— Приветствую Владыку Холода. Благодарю за спасение моей жизни. Клан Демидовых никогда не забудет этого геройского поступка. Могу ли я узнать имя благородного воина?
Холод становился все нестерпимее. Температура в ресторанном зале стремительно падала. По мраморному полу весело побежали струйки морозного инея, появились кристаллики льда.
Незнакомец какое-то время молчал, изучая стоящую перед ним девушку. И лишь спустя небольшую паузу четко ответил:
— Виктор Строганов.
19.
— Не страшно. Первая прошла по касательно по предплечью — простая царапина, вторая сквозная на боку — задеты лишь мягкие ткани, — заявил Дмитрий и резюмировал: — Будешь жить.
Он не доверил заниматься мною посторонним, лично осмотрел полученные в ходе штурма раны и тоном опытного полевого медика, искушенного в боевых ранениях, быстро вынес ободряющий вердикт.
Далее последовала применение прозрачной мази, жесткая сноровистая перевязка, и подсунутая под нос бутылочка с уже знакомой укрепляющей настойкой.
Вот и все лечение. И стоило признать, его эффективность не вызывала сомнений, потому что уже через пару минут стало значительно лучше.
— Считай девственность потерял, — наставник с широкой ухмылкой хлопнул меня по плечу.
Стоящие вокруг четверо боевых магов Детей Вьюги рассмеялись. Небольшая пленка отчуждения бывшая между зеленым салагой и бывалыми воинами незаметно испарилась. Побывав в бою, получив ранения и главное — забрав жизни врагов, меня приняли за своего в воинском братстве клана.
Теперь я не просто чужак, случайно получивший дар, а один из них, доказавший на деле, что действительно на что-то способен.
В какой-то степени, подобное признание многого стоило.
— Девственность терять гораздо приятнее, — отшутился я, запахивая новую рубашку, предусмотрительно припасенную в багажнике одного из Эскалейтов, и начиная застегивать пуговицы.