Слегка ошарашенный необычным сравнением я неуверенно кивнул. Ни фига себе успокоил. Хотя… Если подумать, то все не так страшно и уж точно не фантастично. В последние дни, вся моя жизнь — не останавливающийся голливудский блокбастер.

— Хватит стоять. Приступай наконец, — подстегнул наставник.

И я последовал его приказу. Не скажу, что получилось сразу, спящие колдовские сосульки слева постоянно отвлекали, не давая сосредоточиться, но в конечном итоге все вышло как надо.

Магический щит окутал мою фигуру. И «ледяные стрелы» никуда не исчезли. Зато мифриловая пластинка, обернутая на правом запястье, вместо тепла стала выделять холод. И чем дальше, тем больше.

Странно, но ощущение обжигающего мороза не доставляло каких-либо неудобств. Всего лишь легкое чувство дискомфорта, не более.

— Великолепно, — похвалил Дмитрий. — На будущее учти, второе заклятье всегда слабее первого, такова уж особенность использования фамильяра. Полагаю, на сегодня достаточно. Можешь швырнуть «стрелы» и свернуть «мантию».

Что я с большим наслаждением и сделал. Пять смазанных росчерков молнией промелькнули в воздухе, врезались в периметр и растворились в защитных чарах полигона. Следом последовал магический щит, истаявший на глазах белесой полупрозрачной дымкой.

— Так значит едем домой? — обрадовано спросил я, готовый возвращаться обратно в Лицей.

Украдкой глянул в мобилу, десять утра, времени целый вагон поваляться на бережку. Любопытно, а другие ребята тоже придут на пляж? Было бы неплохо увидеть ту же Алису в откровенном бикини…

— Ну если хочешь, — сказал Дмитрий. — Но я хотел предложить тебе немного развлечься. Все таки ты заслужил небольшой отдых.

Боевой маг подошел к все еще открытому багажнику и указал на гору оружия внутри.

— Как насчет прокатиться до стрельбища?

Я нервно сглотнул. Ничего себе дилемма: пострелять вдосталь из невообразимого количества крутых стволов или полежать на песочке, любуясь полуобнаженными женскими телами?

Нет в самом деле, ну нельзя же ставить парня перед таким сложным выбором…

Кафе располагалось на одной из неприметных пешеходных берлинских улочек. Здесь не шастали толпы туристов и не ездили автомобили, нарушая тишину и покой. Столики стояли прямо на брусчатке, помнящей времена последнего кайзера. Это было одно из тех семейных заведений, чьи хозяева не сменялись целыми поколениями. Сюда обычно приходили пообедать и поужинать в уютной и спокойной обстановке, а пенсионеры обожали здесь завтракать, мило беседуя между собой.

Одетый в неброский и вместе с тем добротный темно-коричневый костюм юноша, чем-то напоминающий студента, скромно присел за крайний столик ровно в пятнадцать минут одиннадцатого и поначалу хозяин кафе решил, что он пришел сюда всего лишь выпить чашечку кофе. Но время шло, а симпатичный молодой человек все не уходил, явно кого-то дожидаясь.