— Ну чего ты там встал, быстрее надо топать, мы тут тебя дождаться никак не можем, — с ходу затараторил Стас, крепко сжимая мою ладонь в рукопожатии.

— Привет, Вик, — Анька не поленилась приподнялась и крепко обняла меня, как будто мы не виделись несколько лет.

Говорю же, с этой суматохой восприятие времени кардинально меняется.

— Ну как вы? Давно приехали? Чего в больнице было после моего отъезда? — спросил я, выгружая поднос на стол и усаживаясь на длинную скамейку.

— Да ничего, так же сидели, воздух пинали. Потом подвалила целая куча очень серьезных дядь и погнала нас вниз. Сначала рассадили в автобусы, потом на самолетах сюда, — просветил насчет их времяпрепровождения Стас. — Прикинь, нам банковские карточки дали, наличные, документы новые оформили.

Я заинтересованно взглянул на него.

— С новыми фамилиями?

Парень недоуменно свел брови к переносице.

— Нет, старые. Просто добавился пункт об эмансипации. Мы теперь официально дееспособны и независимы. Делаем что хотим без всякой оглядки на предков. Все по закону.

На моем лице возникла кривая усмешка. Анька мгновенно догнала что к чему и рассудительно заметила:

— За исключением тех людей, кто нам паспорта оформлял. Забыл, где находишься? Очень сильно сомневаюсь, что в случае чего нас отпустят отсюда просто так.

От меня последовал одобрительный кивок за проявленное здравомыслие старой подруги.

— Правильно. Ты бы не спешил так радоваться. Еще не вечер. Можете через пару недель придется горько пожалеть о якобы полученной «свободе». Думаешь колдуны что-то делают просто так? Наверняка, это отмазка для правоохранительных органов на всякий случай.

Стас слегка приуныл. Мы с Аней обменялись понимающими взглядами. Все-таки интернат есть интернат. Не жизнь в обычной семье.

— Да ладно, — я ободряюще хлопнул парня по плечу. — Не грузись, все будет нормально. И не из таких передряг выбирались.

Отпив еще немного сока, первым делом я принялся за солянку, оставив поджаристый плоскими кусочками картофель с орегано (черт его знает, что это такое, но пахло просто обалденно), печеночную котлету и овощной салат на потом.

— Ты так и не рассказал, куда тебя увезли, — пожаловалась Анька, когда все сбили первый порыв голода и принялись за вторые блюда.

Пришлось перестать жевать и кратко пересказать перипетии моего путешествия на самолете, знакомством со Златоградом и появлением в жизни такой неординарной личности, как Дмитрий Билецкий.

— Ух ты, так тебя приняли в род, — глаза Стаса округлились.

— Ага, — без энтузиазма подтвердил я. — Приняли. Дали фамилию Строгановых. Вроде как считаюсь теперь одним из них. Уже даже успел получить за это сегодня на вводной лекции.