— … Еще надо спросить, с кем она дружит! Подруги — отражение женщины!
— Да, мам.
— И как относится к посудомоечным машинам. Надо, чтобы и руками умела… Мало ли, в каких условиях жить придется?
— Конечно, мам.
— Да, и ты не спросил ее про домашних животных. Вдруг там какие-нибудь паршивые аллергичные коты живут?
— Непременно, мам.
— Живут! — громко сказала я, аж покраснев от возмущения. Денис подпрыгнул на стуле, крутанулся и растерянно уставился на меня. Весь его вид говорил: я ни при чем! Меня подставили! Его же мама, которая просидела рядом с нами весь вечер, делая вид, что ковыряется в куске шоколадного пирога, совсем не смутилась.
— Инна, деточка, зачем вы к нам подкрадывались? — как ни в чем не бывало спросила она. — Вы же наверняка знаете, что подслушивать нехорошо?
— Это меня, видимо, кот научил, — ответила я и полезла в сумочку. — Только он не паршивый и не аллергичный. А еще взрослый. Как от родителей его забрали, так везде один ходит. Самостоятельно.
Я достала деньги — пришлось выгрести всю наличку, и зачем только я этот дурацкий чай заказывала? — и аккуратно положила на стол, придавив блюдцем. Сказала:
— Счастливо оставаться.
И быстро пошла прочь, не пытаясь разобрать, что там Денис пытается говорить мне в спину. И что ему суфлирует мама.
Он, кстати, догнал меня у самой двери, когда я спешно натягивала куртку. Тронул за рукав:
— Слушай, может…
— Слушай, у своей мамы спроси, ладно? — ответила я и выбежала на улицу. Щеки горели, в голове была каша. Так глупо я себя, пожалуй, еще никогда не чувствовала.
Неделька выдалась слегка сумасшедшая, зато уже ни в пятницу вечером, ни в субботу меня никто не дергал. Мы с приятелями сгоняли под Выборг. Гонки на квадроциклах: и зрители, и участники — все были по уши в грязи, а если отойти от общего веселья чуть в сторону, то окажешься в пронзительно красивом осеннем лесу. Капли дождя, дрожащие на паутинках, клочья тумана, прячущиеся в низинах, небо в оправе узловатых черных ветвей… Я нафотографировался от души, изорвал штаны, чуть не свалился в овраг и был абсолютно счастлив. Мне было на редкость тепло, несмотря на пронизывающий ветер, спокойно и как-то… волшебно, что ли. Чтобы не развеять это ощущение дорогой, заночевал в самом Выборге, в маленькой гостинице недалеко от замка. А с утра позавтракал горячими блинчиками в кафе на главной площади старого города и укатил обратно в Петербург.
Через несколько часов, когда я уже припарковал машину, подходил к дому и предвкушал вечер, вновь посвященный спасению мира, вдруг позвонил Костя. Видимо, наконец перестал дуться на инцидент с уткой. Или, как выяснилось, этому городу все же не обойтись без героя. Правда, сегодня в реальности.