- Арс… - выдыхает.
Я смотрю на нее, и внутри начинается настоящая война.
Рассудок твердит: «Включи холод. Оттолкни ее. Скажи что-то резкое, чтобы она обиделась, разозлилась. Чтобы начала думать о своей жизни. О друзьях, о ком угодно, кроме меня».
Хотя одна мысль, что рядом с ней может появиться другой парень, заставляет меня звереть.
Но когда я вижу, как подрагивают ее ресницы, как она ловит каждое мое движение, мой внутренний «одинокий волк» начинает вилять хвостом и скулить от тоски.
- Куда ты сейчас? - спрашивает Агния.
- Это не важно для тебя, принцесса, - чеканю я, стараясь придать голосу безразличие.
Но Агния не отступает. Она делает шаг, хватает меня за грудки, сминая ткань своими тонкими пальцами.
- Я буду сама решать, что для меня важно, понятно?! - почти выкрикивает она.
Невольно усмехаюсь. В этой хрупкой девушке сидит не испуганный заяц, а настоящая хищница. Моя.
А когда вижу, как у неё начинает дрожать нижняя губа, мой лед окончательно тает.
- Ладно, - выдыхаю, накрывая ее ладони своими. - Твой отец пошел мне навстречу. Он дал ключи от своей тайной квартиры. Но даже не спрашивай, где она! Это старое место, там никто не бывает. Так будет безопаснее для всех.
Жду слез, крика или мольбы взять ее с собой. Но она вдруг моментально успокаивается.
Ее хватка слабеет, она делает глубокий вдох и медленно кивает. В черных глазах мелькает решимость, которая мне совсем не нравится.
Агния
«Тайная квартира», - говорит он, и я едва сдерживаю улыбку.
Арсений думает, что он мастер конспирации, но я прекрасно знаю, о каком месте идет речь.
У отца полно недвижимости в новостройках, но старая квартира только одна - та, что осталась от дальней родственницы. В тихом, сером районе на окраине. Мы с сестрой не раз навещали там старушку, и этот адрес впечатался в мою память.
Вижу, как Арсений ошарашенно смотрит на меня. Пытается разгадать мое внезапное спокойствие.
Я не даю ему опомниться. Быстро оглядываюсь - коридор пуст, звуков не слышно. Делаю шаг вплотную, закидываю руки парню на плечи и притягиваю к себе.
Мои губы касаются его, и время перестает существовать. Я даже толком не целую, просто прижимаюсь к нему губами и тоже замираю. Мы просто дарим друг другу тепло.
- Пойдем, - шепчу, разрывая этот странный поцелуй, и тяну его за руку на кухню.
Арсений приехал к нам с полупустым рюкзаком. А сейчас этот рюкзак выглядит так, будто в него запихнули небольшой холодильник.
Гость замирает, глядя на раздувшийся рюкзак, а потом переводит взгляд на Ладу.
Моя мачеха стоит у стола, скрестив руки на груди. Лада обычно очень мягкая, но сейчас включает свой профессиональный тон учительницы.