(*В книге писателей Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев» есть такой эпизод, когда главный герой, Остап Бендер, обманом проникает на теплоход и сообщает, что с ним будет «мальчик», подразумевая своего напарника Кису Воробьянинова, 52 лет от роду. Чуть позднее происходит такой диалог:

— Вот это ваш мальчик? — спросил завхоз подозрительно.

— Мальчик, — сказал Остап, — разве плох? Кто скажет, что это девочка, пусть первый бросит в меня камень!)

Зато я по новому взглянул на недавнего знакомого.

Щегольской франтоватый вид. Приятно пахнет, так как чем-то обрызган. Некоторая женственность в фигуре. Голос мелодичный, немного звонкий. И вот у такого персонажа под командованием исключительно мужской коллектив, и половине этого коллектива не мешало бы принять душ.

Что-то мне подсказывает, что этот Всеволод Святогорович не наш*. Хорошо, что я с ним лишь на одну ночь, и дальше наши пути разойдутся.

(*И как всегда гуглим «Это не наши. Маски-шоу» и читаем по губам.)

— Молодой свой характер показывает. Дерзит там, где должен молчать, — на первый план вышел мужчина в годах, и все моментально успокоились, даже тот паренек, что еще секунду назад горел желанием перегрызть мне горло за шутку о своей маме.

Этого кадра я приметил сразу. Во-первых, он был здесь самым старым. Я бы оценил его возраст лет в 55–60, не меньше. Некоторым в отряде он в деды годился. Во-вторых, он выделялся куда более опрятным видом и лучшим снаряжением, чем все остальные. И это довольно сильно бросалось в глаза. Я бы оценил его оружие и броню как что-то раза в три более дорогое, чем в среднем у всех остальных. В-третьих, держался этот мужик очень уверенно, как король. При этом силы от него совершенно не чувствовалось. Но некоторую уважительную дистанцию все бойцы отряда рядом с ним сохраняли.

— Вы опять шутить начали? — Всеволод Святогорович расстроенно покачал головой, — Я же просил, мальчики, без ваших обычных подходов.

— Мы его и не трогали. Обычные вопросы задавали.

Ага. О моем броневике, который половину Архангельска интересует. Впрочем, может быть я и поспешил с выводами, и мужиками двигало исключительно любопытство. Только вот тон, которым задавали обычные вопросы, подсказывал мне, что я не ошибся и сделал все правильно.

— Тогда вы молодцы. Давайте по машинам и поехали, — Всеволод Святогорович принял объяснение как правду в последней инстанции, — Новичок со мной.

Развернувшись, франт довольно быстро пошел по направлению к гаражам.

Удивительный он командир. Видимо из тех, кто предпочитает пускать все на самотек и надеяться, что ситуация исправится сама собой. А на первый взгляд произвел такое приятное впечатление.