— Хорошо, сэр! — Круглый радостно вскинул руку к голове и полетел в два раза быстрее.
Мы с Немо перегнулись и рассмеялись.
— Налей мне тоже. — произнёс я и сел рядом с Беллой. — Что-то ты загрузилась… Не думай так много. Ты серьёзно веришь в весь этот бред? Последний нефилим и демон с чистой душой? Мир содрогнётся?
— Конечно же, верю… — вдруг совершенно спокойным и тихим голосом проговорила Белла. — Как в это не верить, если мой дед посвятил почти всю свою жизнь изучению этой темы? И вот сейчас передо мной стоят те, кого он всю жизнь искал!
— Так давай его обрадуем? — я приобнял девушку. — В чём проблема?
Белла повернулась в мою сторону со слезами на глазах.
— Он уже умер… И никогда не узнает, что дело его жизни было не напрасным. — по её щеке потекла слеза. — Но с другой стороны, я очень рада, что это оказалось правдой. Я единственная, кто верила ему, и сейчас… Не знаю… Мне сложно сдержать эмоции и я не хочу, чтобы ты видел меня такой…
Я обнял девушку как можно крепче и прижал к себе.
— Успокойся, всё будет хорошо! — попытался я её приободрить. — Висп! Где виски⁈
— Уже лечу! — звонким голосом ответил Круглый, следом послышался звон бьющихся друг об дружку бокалов. — Немо чуть не разбила бутылку, но я успел спасти ситуацию!
— Давай тольк… — начал говорить я и резко отпустил девушку, вскочив с дивана и схватившись за ладонь. — Да что за⁈
Моя рука начала гореть, словно кто-то прижег её раскалёнными углями.
— Цербер! — Белла раскрыла глаза от удивления и указала на мою руку. — У тебя ладонь дымится!
Взглянув вниз, я и в самом деле увидел дымящуюся руку, на которой начал вырисоваться незнакомый мне знак. Это были весы, с пером на одной чаше и сердцем на другой.
— Арбитры… — прошептала Белла и в эту же секунду мир погас.
Темнота, темнота, темнота…
— Да сколько можно меня тут держать⁈ — выпалил я и хотел уже стукнуть по чему-нибудь, но нащупать ничего не вышло.
Почти час прошёл с момента, как на моей руке загорелась печать. Конечно, я не мог знать точное время, но примерно представлял, сколько находился в темноте. К моему счастью, когда этот условный час прошел, темнота вдруг пропала, и я оказался в каком-то помещении.
Это был круглый зал, выполненный в чёрно-белых тонах. Я находился в его центре, рядом с каменным постаментом, на котором было выцарапано моё имя. Тех, кто наблюдал за мной, я заметил не сразу.
— Как красиво выглядит… — прошептал я и потянулся к своему имени на постаменте.
— Подними голову, претендент! — вдруг раздался оглушительный голос.
Я отдёрнул руку и закрутил головой. Рядом никого не было, и потому я задрал голову вверх, как мне и подсказал голос. Оказалось, что в двадцати метрах над полом, на котором я стоял, были трибуны. На них сидело трое существ в чёрных костюмах. На том месте, где у них должны были быть лица, находились чёрные пятна, словно они надели на лицо саму тьму. Сомнений в том, что это именно арбитры у меня не было.