— Ничего я не серчаю! — проворчала старуха, делая еще один глоток.
— Просто боитесь, что целительница вас работы лишит, — хмыкнул секретарь. — Так вот, не лишит. Некогда ей по роженицам бегать. Все лето к ней порезанных да побитых с полей приносили. Говорят, в лавке месье Труше нитки шелковые кончились, которыми раны штопают! Осень пришла, у всех простуды да застарелые болячки обострились. Говорят, котел для мыла, который мадемуазель Ноктис выпросила у нашего градоправителя, теперь бурлит весь день, и в нем кипит зелье от простуды. А там уж зима, все засядут дома, и без вас, мадам Лупье, никак не обойтись!
Повитуха зарделась — то ли от доброго сидра, то ли от комплиментов, и сменила гнев на милость. Признала, что мамзелька-то недурно ведет дела, и то, что дети болеют меньше, это, конечно, ее заслуга.
Выпив еще по кружечке за здоровье целительницы, собеседники решили вновь окунуться в праздничную толчею, но вдруг над толпой раздался крик, и вскоре из уст в уста по площади разнеслась ужасная новость — мадемуазель Ноктис похитили!
Мальчишка лет десяти, сбиваясь и путаясь, рассказал, что видел, как два дюжих молодца подобрались к медичке, выбирающей ленты, и сунули в мешок!
— Я думал, она их магией приложит или тварь вызовет, которая папку стерегла, а она дернулась пару раз и повисла… Они ее в переулок утащили, там на коня — и уехали!
— Куда поехали? — первым рядом с мальчишкой очутился секретарь.
— Туда! — покрутившись на месте, свидетель махнул рукой в сторону западных городских ворот.
— Та-а-а-ак, — протянул секретарь, — если поверить, что поехали сразу к цели, не путая следы, то в той стороне у нас кто живет? — он обвел взором суетную толпу.
— Так барон Эрмейс! — отозвался кто-то.
— И виконт Труве! — добавил еще один зевака.
— Рыцарь Нохтис! — пискнул третий.
— Ну-ка, парень, скажи-ка мне, а что за люди это были? Как одеты? Кони у них справные?
— Кони справные! — радостно отозвался парень. — Один серый в яблоках, другой гнедой, а третий рыжий, аж солнце сияло!
Секретарь хмыкнул — уже что-то. Понятно, что “на дело” пошли в простой одежде без гербов и нашивок, но кони… Хорошего коня заменить вот так вдруг нельзя, особенно если нужно ехать в толпе или быстро убегать козьими тропами.
— Вот что, люди добрые, — сказал секретарь, оглядывая толпу, — Семигорск хотят оставить без целительницы! Запрут нашу мадемуазель в замке и никого к ней не допустят или уж за большую плату. Кругом колбасы да куском сыра не отделаемся!
Толпа загудела.
— Только по-умному надо нашу мадемуазель выручать! — остановил желание толпы броситься вдогонку секретарь. — Надо сперва узнать, куда целительницу нашу увезли, а потом уж идти морды бить. Ну-ка, кто желает городу помочь, собирайтесь у таверны под навесом, потолкуем!