Цепляясь руками за тонкие ветви кустов, напоминавших земной тальник, и оскальзываясь по влажной глине, он подтянул непослушное тело до сухих листьев, устилавших землю на небольшом бугре. Тарг! Зубы выбивали чечетку. Над головой хлопнули крылья какого-то ночного летуна. В нескольких метрах справа раздался булькающий звук. «Бульк, бу-у-ульк», напряглись одеревеневшие мышцы, на некоторое время исчезла дрожь. Взгляд выхватил странное существо, сидевшее у самой кромки воды и глинистого берега. Смесь жабы и ротана. Если переднюю часть существа можно было отнести к земноводным, то широкий рыбий хвост и мелкая чешуя, начинающаяся сразу за перепончатыми лапками, приподнимающими зубастую пасть вверх, отметали выдвинутое предположение. Жаборотан раздул горловой мешок, громко исторгнув из себя «бу-ульк, бу-у-ульк». Клич заводилы подхватил целый полк горластых товарок, ночь наполнилась перепевом рыболягушек.

Напряжение, сковавшее Андрея, отпустило, он лег на укутанную листьями землю и перевернулся на спину. Допрыгался… Но кто знал, что так получится? Тварская побрякушка! Правая рука стукнула по груди.

— Хр-р, а-а-а. — Боль, заставив скрючиться в позе эмбриона, как яркая вспышка пронзила межпланетного путешественника с головы до пят. В груди полыхнул раскаленный вулкан. — А, хр-хр, — пытался отдышаться Андрей.

Заслышав посторонний звук, на некоторое время замолчали рыболягушки. Через пару минут откуда-то издалека донесся «бульк» запевалы, рядом тихо плеснула вода, и многоголосый хор разорвал хрупкую тишину.

Дождавшись, когда погаснет пламя боли, Андрей осторожно приподнялся на локтях и осмотрел себя. Вроде ничего, если не считать того, что грудь и живот извазюканы в какой-то засохшей грязи. Мгновением позже пришло понимание, что это не грязь, а запекшаяся кровь. Где он мог пораниться? Память отказалась что-либо подсказывать. Между тем, как его буквально всосало в воронку портала, и моментом, когда он очнулся на обледеневшей кочке у самого берега непонятного то ли озера, то ли болота, зияла пустота. Интересно, сколько тушка кустаря-самоучки от магии провалялась во льду и осклизлой тине? И откуда взялся лед? Надо хорошо постараться, чтобы найти и вляпаться в ледяной кусок посреди теплого лета. Хотя лед мог появиться в виде остаточного явления примененного заклинания переноса. Вероятно, так оно и было.

«И все же непонятно, откуда кровь? — размышлял Андрей. — Я очухался лежа на спине».

Он осторожно опустился на спину, грудь отозвалась ноющей болью. Боль накатывала волнами, Андрей внимательно прислушался к себе. Создавалось впечатление, что он — не он, а только мелкая часть бывшего драконьего оборотня. Львиная доля «я», та энергия, понимание окружающего и мироощущения, к которым он привык и с которыми слился, будучи в драконьем облике, остались за гранью, в «кармане» изнанки, куда до этого складывалось оружие, деньги и особо ценные вещи. Душа стремилась вернуть потерянное, но все попытки найти утраченное натыкались на непреодолимую стену.