— Вон те трое — твои наложницы. Мы — пост при тебе из сестёр, чтобы стабилизировать твою «паутинку». Если бы кто-то не отказался от «сияния» с «божественным вздохом» и не выбрал Евгению, нам бы подле тебя находиться не пришлось. Неудачное решение оказалось. Все твои потомки с таким же даром прошли процедуру с «доспехом духа» и сейчас в ус не дуют, а нам теперь торчать на посту всегда.

— Что за Евгения? — заинтересовался новым именем, до этого не произнесённым никем.

— Тебе лучше знать. Она не наша знакомая. Но у неё такая же бешеная «паутинка» оказалась…. Что неудивительно, учитывая кто её создал. Ведь советовали же! Не-е-т. Чего она такая стрёмная⁈ Это про твою реакцию на «божественный вздох», если что. Будто тебе с ней спать. На крайний случай подкорректировали бы ей внешность. Но ты же упёрся!

— А где она? — заданный вопрос был слишком неопределёнен, но Белава догадалась о ком это я.

— Ценой разрушения личности «божественный вздох» тебя спасла в конусе удара в твоём имении близ Владимира. К сожалению, ни жён, ни детей не смогла. С тех пор ты так и не завёл ни одной супруги. Хотя потомков у тебя сейчас и много, но это скорее вынужденно. Других способов передать твои особые способности, нет.

— Эх Иван-Иван, будь ты посмелей и решительней, — давно бы встречаться начали, может кого из семьи и спасти удалось. Неужели ты не догадывался, что мы с Ярмилой не из-за делать нечего с тобой возились⁈ — заявила вдруг Кими.

Но почему-то окружающая действительность в этот момент стала меркнуть.

— Парень вставай, к тебе родители прилетели — этими словами Саддам заставил открыть глаза.

— Кто? — не понял в первый момент смысла его слов.

— Родители. С Крыма прилетели. На улице ждут, — пояснил он.

Какие к едрени родители⁈ Какой Крым⁈ Откуда они здесь на Венере⁈ Помещение разительно отличалось от дворцовой комнаты.

— Где я? — попытался сориентироваться вновь.

— Где уснул, там и проснулся. Естественно, в «холодной», — недоумённо объяснил мне Саддам.

— Где⁈ — продолжил тупить и дальше.

— Ох. Ну и тормознутые вы «силовики», после «перегруза». Вставай, говорю, обед скоро, гости пришли, — начал он более оптимистично.

— Понял я, понял, — наконец шестерёнки в голове закрутились.

— Не уверен, — выразил он сомнение.

— Всё, всё, — проговорил, ощупывая толстые доски полатей.

Однозначно не кровать, да и стены, окрашенные эмалью в унылый серый цвет, не намекали на дворец. Хочешь, не хочешь, поверишь в реальность. Что за чертовщина со мной происходит⁈ Идти пришлось на улицу, почему-то в помещение их не пустили. Судя по некоторой неустроенности, «медный пояс» с местной кутузкой не сочетался. Солнце, ярко светившее в зените, на выходе поначалу ослепило. Внутри-то был сумрак.