Финальным аккордом стало наше с Анной совместное выступление.

Помощники Юлианы прицепили к люстрам карабины, на которых повисли цепи, держащие хулахупы. А затем я выпустил Искорку.

Саламандра, деловито цокая коготками выскочила вперёд, выгнулась, выпуская один огненный шарик, затем ещё один.

Три хулахупа, выстроенные в ряд, один за другим вспыхнули под аплодисменты публики. Анна, сохраняя ледяную невозмутимость, выдала команду. И Матильда рыжей молнией взмыла в воздух, грациозно, с запасом в несколько миллиметров пролетая сквозь первый пылающий обруч. Едва коснувшись лапами паркета, лиса вновь взмыла в воздух, изгибаясь, и преодолела второй обруч. Затем третий. Лиса приземлялась мягко, без единого звука, срывая овации.

Всё шло идеально. Мы планомерно отбивали свои кровные сто шестьдесят тысяч рублей. И вроде бы пора выдохнуть. Но всё же я не спешил расслабляться.

— С дэрэ Венечки! С дэрэ тебя! — скандировала подвыпившая толпа, ритмично хлопая в ладоши под оглушающий бит клубной музыки со стороны диджейской стойки в дальнем углу.

Артём Сергеевич, стоя в центре этого безумия, уныло помахивал плюшевыми головами гидры в такт музыке.

— С дэрэ Венечки, — обречённо, замогильным голосом бубнил он, словно отпевал покойника. — С дэрэ тебя, Венечка…

Я подошёл к нему, дёргая за рукав, точнее за голову, которую он опять направил мордой в пол.

— Повеселей, Артём Сергеич, — тихо процедил я. — Излучайте счастье. Вы же главная звезда вечеринки.

— Я в кукле, Горай! — прохрипел помощник из центральной пасти, и я заметил его гримасу. — Какая им разница, с каким выражением лица я тут потею? Они же видят только этот дурацкий костюм!

— Не забывайте, Артём Сергеич, что из пасти видно ваше кислое лицо, — я постучал пальцем по поролоновым клыкам. — Улыбайтесь. Радуйтесь жизни. Мы отрабатываем тренажёры.

Белов страдальчески вздохнул, послушно растянул губы в фальшивой улыбке. В ту же секунду стайка визжащих девиц с телефонами облепила его со всех сторон, утаскивая в толпу для селфи. Изумрудная Гидра скрылась в море блёсток и вспышек.

Я отвернулся, чтобы проверить работу остальных тандемов, и тут же заметил неладное.

Лера стояла у дальнего края сцены. Её лицо пошло красными пятнами, а руки судорожно сжимались в кулаки. Вокруг Бублика толпилась компания пьяных, раскрасневшихся друзей именинника.

Мажоры дёргали варана за шипы на хвосте, тыкали пальцами в чешую, ковыряясь в ней, и пытались усесться на питомца втроём.

Бублик отчаянно фырчал, но под его глазами появились красные пятна. Я знал, что это такое. Ядро варана пульсировало чаще, накапливая энергию. И накапливал её Бублик неспроста. Из приоткрытой пасти рептилии сорвалась вязкая капля кислоты, угодив точно в бокал с шампанским одного из наглецов.