Виктория забирала вещи из бывшей квартиры, а Антон всё ещё вёл себя так, будто речь шла о временном разъезде.
С момента развода он не переставал говорить о паузе, о времени, которое якобы всё расставит по местам, и о том, что Виктории нужно успокоиться. Она давно поняла: он не воспринимает её решение как окончательное. Будто достаточно подождать, и она снова согласится с ним.
Виктория больше не собиралась соглашаться.
Она открыла дверь своим ключом и на секунду задержалась на пороге. В квартире было тихо. Из гостиной доносился звук телевизора, на кухне пахло кофе. Всё выглядело почти так же, как в те годы, когда она возвращалась сюда после работы и ещё верила, что усталость можно разделить на двоих.
Антон стоял у окна с чашкой в руке. Белая рубашка, закатанные рукава, телефон рядом на подоконнике. Он выглядел не человеком, который провожает бывшую жену, а хозяином встречи, где сейчас будут обсуждать условия очередного проекта.
— Ты могла приехать раньше, — сказал он.
— Я приехала тогда, когда смогла.
— Матвей у твоего отца?
— Да. Сегодня его очередь.
Антон едва заметно поморщился. Ему не нравилось, когда Виктория говорила об их сыне как о части расписания. При этом именно он годами переносил встречи, если появлялись срочные переговоры, поездки или новый объект.
— Я отвезу его вечером.
— Хорошо. Он знает, где ты будешь.
— Я его отец. Мне не нужно каждый раз отчитываться.
— Я не прошу отчёта. Я прошу не менять планы в последний момент.
Антон поставил чашку на подоконник.
— Ты приехала за вещами или опять собираешься обсуждать, как я должен себя вести?
— За вещами. И за своими чертежами.
Она прошла в спальню. В шкафу осталось меньше половины одежды, но каждый пустой участок полки почему-то выглядел как след, который невозможно было стереть. На верхней полке лежали старые фотографии, в ящике комода — запасные ключи, под кроватью стояла коробка с её рабочими материалами. Антон когда-то обещал перевезти её в кабинет. Обещание так и осталось обещанием.
Виктория вытащила коробку и поставила на пол.
— Тебе обязательно забирать всё сегодня?
— Не всё. Только то, что мне понадобится.
— Ты говоришь так, будто я что-то удерживаю.
— Ты удерживаешь мои исходники.
Антон перестал улыбаться.
— Мы это уже обсуждали.
— Мы обсуждали, что некоторые проекты создавались мной до того, как я передавала их твоей компании. Я хочу разобраться с каждым отдельно.
— Ты собираешься пересматривать все договоры?
— Да.
— После всего, что я для тебя сделал?
Виктория закрыла глаза на секунду. Вот оно. Разговор снова сворачивал туда, где её работа превращалась в одолжение, а годы труда — в приложение к его фамилии.