Произнес он это довольно искренне, а руна истины, которая помогала отличить правду от лжи, подтвердила его слова. Простенькая она была, обмануть ее можно, главное, верить в то, что говоришь, но не сейчас, когда Радим вытащил напарника на резкую откровенность.

— Я услышал тебя, — затягиваясь и выпуская в потолок дым, произнес Радим, — и отвечу, как и в прошлый раз, думал я о ней, мысленно попрощался. Сказал «прости» и шагнул, потому что другого пути у меня нет, я же ради нее шагаю, вдруг удастся что-то новое ей принести. Но сейчас чувствовал, что обойдется. — Он поднялся на ноги и, раздавив окурок каблуком, посмотрел на напарника. — Пошли, я первый, ты за мной. Готов?

— Нет, но пойду.

— Вот это правильно, — улыбнулся Вяземский. — Мы с тобой выбрали, как пел Высоцкий, трудный путь. Страшно, а нужно идти. Страх — естественное состояние человека. Обыватель что делает, когда ему страшно? Разворачивается и дает деру, и я его не осуждаю. Нас же с тобой учили другому — пересилить страх, достать кукри и прибить злобную редиску, чтобы обывателю бегать не пришлось. В этом наше с ними различие.

Радим погладил рукоять демонического кукри, который занял привычное место под левой подмышкой. Его Радим создал из трофейного меча, изменив форму, привык он орудовать непальским кинжалом, а вернуть обратно длинномер без проблем, меньше минуты уйдет, но таким он орудовал плохо, Скиф всего пару уроков дал, не работают зеркальщики длинными мечами, в основном потому, что миродита немного. В навершие рукояти вставил свой амариил с руной разрушения. С левой стороны почти на животе разместился кинжал пожирателя душ, не раз проверенный в деле. Свой старый кукри он тоже взял, тот был приторочен на систему молле рюкзака. Также он тащил привычный арбалет, который тоже нашел свое место на рюкзаке, но пока был сложен. Быстро им, конечно, не воспользоваться, собирать нужно, но шарахаться с ним в руках не хотелось. И если Радим делал ставку на короткий клинок, то Шаров тащил с собой демонический метровый меч, к которому Гефест сделал наспинные артефактные ножны, и свой старый кукри, второй клинок с рогатого Старостин не отдал.

Кстати, один из трофеев забрала Ольга, ей очень понравился кинжал в монгольском стиле, которым тогда демон пытался зарезать Радима, она решила учиться работать с ним, кукри ей не очень нравился.

Шаг в портал, слабость, головокружение, но Вяземский нашел в себе силы отступить в сторону, освобождая место для напарника. Пол вращался, тошнило. Матвей не удержался на ногах и рухнул на каменные плиты, изрезанные какими-то незнакомыми символами.