— Спасибо! — поблагодарил гость, усаживаясь на стул.

— Так давайте вернёмся к важному вопросу… Кто вы, Антон Михайлович? — прямо спросил я.

— О! Прошу прощения! — спохватился гость и, привстав, представился уже в третий раз. — Теневольский Антон Михайлович. Занимаю пост главного редактора издательства «Ишимский вестник».

На миг он застыл в вежливом кивке головы, а я задумался…

Интересно, стоит ли вынести Теневольским отремонтированное окно… Или, может, просто спустить его с лестницы? Заодно и свежий ремонт уберегу…

Однако я быстро взял себя в руки. И кивнул в ответ, ответив подчёркнуто вежливо:

— И всё-таки рады приветствовать вас, Антон Михайлович… Да вы садитесь-садитесь…

— Спасибо, что согласились меня принять. Я без приглашения… Да и не смог заранее вас предупредить!.. — пожаловался Теневольский. — Два раза направлял мальчишку с посланием, но тот оба раза не прорвался через стройку. И отдельное спасибо, что ещё не выкинули меня вон.

С этими словами он поднял взгляд на меня. И я понял, что не ошибся. Непростой человек этот главный редактор «Ишимского вестника», ох непростой… Как минимум, действительно очень умный.

— У нас возникли некоторые разногласия… — продолжил он.

— Это вы мягко сказали! — усмехнулся я, придвигая к Теневольскому чайные наборы.

— Да, пожалуй, я слегка приуменьшаю… — не стал спорить мой гость, взявшись сам наливать себе чай. — Однако смею надеяться, что после разговора вы смените гнев на милость, ваши благородия… Хотя, увы, я всё-таки виноват перед вами. Как главный редактор я несу ответственность за то, что выпускает наше издательство. И пусть та заметка стала неожиданностью и для меня, но это не снимает с меня вины.

Посмотрев ему в глаза, я не нашёл в них ни капли лжи.

И поверил. И в то, что он действительно не знал, что в заметке будет написано. И в то, что собирался решить вопрос — вероятно, даже нашёл какое-то приемлемое решение.

Вот только моя чуйка всё не унималась. Я ощущал смутную тревогу. И никак не мог определить причину.

— И что же вы предлагаете? — явно на тон холоднее, чем в начале знакомства, уточнила Авелина.

— О!.. Я бы, наверно, предложил выпустить извинения и опровержения. Только, боюсь, спустя столько времени они уже не нужны… — искренне вздохнул Теневольский. — Да и не читает их никто… Так, разве что один из десяти человек.

— А что вам помешало сразу их выпустить? — уточнил я.

— Вы удивитесь, Фёдор Андреевич, но меня провели собственные сотрудники… — расстроенно вздохнул Теневольский. — А точнее, некоторые из них… Но давайте я лучше расскажу по порядку, как дело было.