Пока решали вопросы с парнем и сбором вещей, время подошло к обеду. Можно было задержаться в гостинице и поесть в трактире, но мне страстно хотелось вернуться в Ишим пораньше, чтобы выспаться перед учёбой.

Поэтому обедать в Тоболе не стали. Продравшись через пробки в южной части города, наша колонна вырвалась на тракт и взяла обратный курс. Пашу взяли на переднее сиденье «тигрёнка», где он ехал, болтая с Кислым о жизни, а мы с Авелиной сидели сзади, вполуха слушая по рации переговоры охраны.

Давид в другой машине всю дорогу совещался с Разводиловым. Впрочем, им действительно было что обсудить. Тем более, их тесное сотрудничество — залог хорошей работы силовых подразделений нашего рода. А значит, хоть на этот счёт я мог не волноваться. Жаль, остальные сферы деятельности у нас пока жестоко хромали.

Того же Пашу стоило бы сделать двусердым. Но как это провернуть, если нет схем пробуждения? Родовые техники, может, в архиве Седовых и найдутся. Но где найти такого надёжного лекаря, чтобы всем их не разболтал?

В общем, голова пухла от мыслей. И я бы, может, поделился ими с женой, но она мирно дремала, положив голову мне на плечо. А будить её не хотелось. Был ранний вечер, мы приближались к Ишиму. Машин вокруг становилось всё больше, наша скорость замедлилась… И меня самого, если честно, тоже упрямо клонило в сон…

— Да что ты, чертяка, делаешь⁈ — открыл я глаза, услышав крик Кислого.

И в тот же миг резкое торможение швырнуло меня вперёд.

Когда спинка переднего сиденья уже летела в моё лицо, время замедлилось. Краем глаза я, словно в густом киселе, успел заметить машину, тормозящую перед нами. И догадался, что она это делает вовсе не из-за какого-то препятствия впереди.

А чтобы перекрыть нам путь.

Затем, пока ещё продолжался полёт в спинку сиденья, я успел озаботиться целостностью своего лица — и даже подставить левую руку, чтобы не вмазаться носом. А правой удержал падающую вперёд Авелину: ей грозило куда более опасное столкновение с креслом, ведь она ещё не проснулась.

— По обочине объезжай! — тягуче, как бык на лугу, проревел Давид из рации.

И Кислый попытался выкрутить руль, одновременно давя на газ. «Тигрёнок» натужно взвыл двигателем, пытаясь обойти преграду впереди.

Однако та машина ожидаемо рванула с места вместе с нами, снова перекрывая путь. И автомобили с лязгом и скрежетом столкнулись.

Будто в замедленной съёмке, я видел, как гнётся левое крыло «тигрёнка», как сминается дверь машины впереди.

А ещё, как сидящие в ней крепкие ребята, несмотря на хаос вокруг, делают очень уж характерные движения.