— Скорую вызвали?

— Так точно, вашбродь! — отозвался единственный целый, молодой ещё парнишка.

— Нужно что-то? — кивнул я на раненых.

— Всё есть, спасибо! — ответил тот же безусый городовой.

А я сразу двинулся дальше, не давая мальчишке опомниться. Формально он имел полное право начать задавать мне вопросы, и я был обязан ему ответить. Однако внимание парнишки куда больше занимали ранения сослуживцев, и это играло в мою пользу.

— Это же Сеня, старший охраны!.. — воскликнул, между тем, Теневольский, разглядев выпавшего из окна бойца.

Ко всеобщему удивлению, мёртвый охранник его услышал. И даже приоткрыл глаза. Мужчина оказался жив, что было не иначе как чудом при падении с такой высоты.

— Потерпи, боец, скорая вот-вот будет! — посоветовал выжившему Давид.

А тот не мог, похоже, ни кивнуть, ни ответить. Просто моргнул, зато очень красноречиво.

Когда мы быстрым шагом дошли до подъезда, сопротивление внутри уже было подавлено. Три вражьих трупа лежали на лестнице: видимо, пытались сбежать. Ещё двоих «ирбисы» повязали живьём. И кулями свалили в сугроб у пешеходной дорожки.

— Ну и кто вы такие? Кто вас послал? — уточнил я, склонившись над этими поганцами.

— Пошёл ты! — вполне ожидаемо ответил один.

— Ну как хотите… Времени у нас много будет, чтобы поговорить… — не стал я настаивать.

— Саш, грузи их в багаж автобуса! — приказал Давид водителю. — И так, чтобы «усы» не заметили.

— Понял, — кивнул парень.

Нападавшие быстро оценили свои перспективы. Тот, что оказался поговорливей, даже открыл рот на «поорать», однако получил по тыковке и отрубился. Следом, несмотря на обещания вести себя тихо, был вырублен и второй. Никакого доверия к этим субъектам у меня не было.

Стрельба наверху, между тем, усилилась. Теперь уже из автоматов. И это явно были мои бойцы. Я поспешил внутрь дома. Вызвал лифт, но сам рванул к лестнице: так быстрее, если речь о пятом этаже.

За мной, естественно, увязались Авелина и Теневольский. За этих двоих, с учётом сердца рода, я не волновался. Да и не производил ни один из них впечатления дураков. Значит, под выстрелы ни жена, ни главный редактор не сунутся.

Давид же остался у лифта, дожидаясь его прибытия. Занял позицию, присев за лестницей и целясь в двери кабины. Пробегая второй этаж, я услышал, как лифт, наконец, приехал. А спустя ещё десять секунд позади раздался топот: Давид нагонял нас, отставая всего на пролёт.

Пока мы поднимались, я успел заметить несколько приоткрытых дверей, из-за которых выглядывали любопытные жильцы. Решив не сдерживаться, я рявкнул, чтобы убрались обратно и не высовывались. Ещё не хватало здесь случайных жертв…