— Тяжело будет… — вздохнул Артём.

— Не возьмётесь? — удивился я.

— Ну как не возьмёмся… Возьмёмся. Вам тяжело будет. Потому что дорого. Очень дорого, ваше благородие… — покачал головой Издержкин, прямо-таки оправдывая свою фамилию.

— Дорого — значит, дорого. Себе за срочность накиньте и найдите помощников! — приказал я. — Нужно восстановить всё как можно скорее. По гостиницам мы с женой ночевать больше не можем. А особняк и землю обезопасим, за своих людей можете не волноваться.

— Обсудим, порешаем, ваше благородие! — рабочий кивнул и кинулся в подвал, где укрылись строители в начале атаки.

— Ты решил спустить все наши деньги? — шёпотом спросила Авелина, выходя из платяной комнаты и бросая мне пальто.

— Нет, но жить в руинах не хочу! — ответил я, ловко поймав одежду.

Нам повезло, что чиновников мы встречали, одетыми уже по-дорожному. Оставалось только утеплиться. И можно сбежать до приезда многочисленных служб, которые никуда, уверен, ещё долго нас не отпустят.

Да и все подъезды со стороны площади перекрыты. Значит, шанс уйти есть.

Пока ехали в Денежный Дом, я успел объяснить Авелине свои соображения. Суть их была проста: нужно окончательно перебираться в особняк. Да, во время учёбы мы жили в училище. Но даже это было опасно. Я притягивал неприятности, как магнит, а охрану, поставленную осенью, ректор уже распорядился частично убрать.

Можно ли было ночевать в гостиницах? Всё, естественно, зависело от гостиницы. Но в тех, где была достойная охрана — мы жить не могли, потому что вскорости разорились бы. А в тех, где было не так накладно, охрана не справилась бы и с сегодняшней атакой.

— А Стрелецкий угол? — резонно предложила Авелина.

— Там сильная охрана. Но Стрелецкий угол тем и хорош, что живут в нём не сами двусердые, а их родственники, — вздохнул я. — Ради родственников никто на тамошних охранников не полезет. А вот ради нас… Да и не простят нас в случае нападения. И местные, и их родственники.

Всем хочется прикрыть тылы. Пока моя семья жила в Стрелецком углу, я тоже надеялся на то, что их не тронут. Стрелецкий угол оставался безопасным до тех пор, пока там жили именно родственники, а не те, на кого могут напасть.

Оставался лишь особняк, который нужно превратить в крепость, почище ишимского кремля.

И первым делом я собирался поставить на охрану пять десятков охранников из «Ирбиса». Ну а затем, не мешкая, заняться сбором дружины.

И неважно, пойду я весной в Серые земли или нет. Важно, чтобы мой дом стал крепостью, об которую любой супостат зубы обломает.

Можно сколько угодно быть смелым, бесстрашным и экономным, но стоит жареному петуху клюнуть, как возникают жёсткие приоритеты.