Особенно если на улице достаточно пасмурно, как сегодня, и вокруг теней хватает.

Над головой Авелины распахнулось окно, показался один из рабочих.

— Сюда, вашблагородия! — крикнул он, прячась обратно, а в следующую секунду оттуда показалась стремянка.

Пока Авелина лезла внутрь особняка, я выбил барабан, набил запасные патроны и снова высунулся из-за угла, привычно окунувшись в замедленный кисель.

Цель осталась прежней — те, кто пытались зайти к Петру. Тем более, на этом участке территории им было негде укрыться: остатки ограды, пара фонарных столбов, да клумба.

В общем, враги были, как на ладони. Скрыться-то они пытались от Петра, короткими очередями садившего из автомата по всему, что шевельнётся… А про меня, видно, совсем забыли.

Зря.

В этот раз стрелял я уже прицельно, вдумчиво и на поражение. Одного из нападавших если не убил, то вывел из строя. Остальных спасла крепкая броня и хорошая реакция.

На шестом выстреле пришлось нырнуть обратно за стену: опомнившись, враги открыли шквальный огонь. Еле успел прикрыть лицо, когда кирпичная стена расцвела дырками, осыпая меня крошкой. Но тут же из окон особняка ударили наши, а нападавшие резко засуетились.

Высунувшись, чтобы отстрелять последние патроны, я увидел, как Пётр, используя передышку, ловко перекатился через перила. Дальше уже не видно было, что происходит. Да и патроны у меня закончились: я же не воевать шёл, а на встречу с чиновниками.

А на них и двух барабанов бы хватило с головой.

По стремянке я буквально взлетел, ввалившись в платяную комнату. И тут же попал в крепкие руки десятника, а заодно и объятия жены.

— Живы, вашбродь? — спросил «ирбис».

— Жив-цел. Как Пётр? — тут же отозвался я.

— Вскользь зацепило, когда уходил в дом, — ответил тот, уже выбегая в прихожую.

— Полицию вызывали? — уточнил я, торопясь за ним вместе с Авелиной.

— Первым делом! — не обиделся десятник. — Наши четверо ранены. У них шестеро. Троих — мы, одного — вы, а двоих ваш котяра порвал.

— Держимся!

— У них подкрепление! — заорал один из бойцов.

С улицы, сквозь треск выстрелов, послышался визг тормозов и, одновременно, рёв сирен. Прикремлёвский угол — это вам не Усадебный. Здесь полиция прилетает почти сразу.

— Крышу посередине особняка снесли! — сообщил ещё один боец, скатившись по лестнице. — Хорошо, по второму этажу не попали…

— Гранатомётчику просто помешали! — буркнул десятник, пристроившись под выбитым окном-бойницей. — Отбиваемся! Не дайте им прорваться внутрь!

— Спрячься в подвал! — я подтолкнул Авелину в нужном направлении.

— А ты⁈ — возмутилась она.