Из них как будто высасывало все соки.

И судя по тому, как рос в это время шар, именно так оно и было. Будущее гнездо требовало органики для роста и развития. Недаром там, где появлялись гнёзда, в округе не оставалось ничего живого.

Ну а тёмный, которого гнездо не тронуло, уже готовил плетение, криво ухмыляясь. Видимо, собирался кинуть в меня, да только не успел.

Устраивать бой среди полного зала высокоранговых двусердых — это плохая идея. Я ещё спешно выставлял щиты, как в моего противника влетели десятки самых разных плетений.

Все гости, кто был поопытнее, успели ударить. И этот удар не просто врезался в защиту тёмного, он сумел пробить её. А потом разнонаправленные стихии сошлись в одной точке, пусть даже она находилась внутри тёмного — и, почти ожидаемо, последовал взрыв.

Тёмного, видимо, распылило на фрагменты размером с песчинку.

А меня — всего лишь отбросило метров на пять, больно приложив о деревянный паркет. А затем, будто мне не хватало острых ощущений, и протащив по нему.

Как и ещё человек тридцать из тех, кто не успел отбежать подальше.

И это было хорошо. Вокруг формирующегося гнезда образовалась пустота. А оно продолжало стрелять в разные стороны теневыми жгутами, но пища больше ему не попадалась. У него даже рост замедлился, хоть и не остановился, к сожалению. Просто жгуты приходилось выпускать всё дальше. И всё чаще они сталкивались с плетениями щитов, выставленных двусердыми гостями.

Ну а я пользовался моментом, пытаясь прийти в себя и выбить из ушей вату. Взрыв был не слишком разрушительным, но громыхнуло так, что я в какой-то момент оглох. И теперь сквозь мою глухоту пробивалось немногое. Разве что крики, топот ног и хлопки выстрелов — это с галереи вели стрельбу несколько ратников.

Придя в себя, я понял, что затормозил об щиты двух двусердых, защищавших пару молодых девушек и, по всей видимости, их старшую родственницу. Надо отдать этим дворянам должное, они сразу же, как я остановился, прикрыли щитами и меня. В итоге, вылетевший в нашу сторону жгут бессильно сполз на пол, а затем с рассерженным шипением втянулся обратно.

Один из дворян протянул мне руку и помог подняться. Я не стал отказываться от помощи, а когда утвердился на ногах — благодарно кивнул. Взрыв мне почти не навредил: слегка кружилась голова, слышал плоховато, ну и кровь из носа шла. Однако всё это полная ерунда по сравнению с тем, чего я избежал.

Осмотревшись, удалось понять: в зале возникло несколько стихийных точек сопротивления. Самый мощный заслон располагался поблизости от выхода из зала, где стоял светлейший князь и военные. И щиты у них были такими, что могли, мне кажется, сброшенную бомбу обратно на бомбардировщик закинуть рикошетом.