— Именно, Зимородков. СБ забрало дело об убийстве Соболевой, о нападениях роботов, и о Угрюмове. Делу присвоен второй уровень секретности. Мы все под неразглашением. Всё. Нет больше этого расследования.

— Вот дерьмо. И что теперь делать⁈

— Тебе? Ничего. Сходи в отпуск. На неделю. Выспись, отдохни. На тебя смотреть больно.

— Нет. Есть еще зацепка по выгоревшему роботу с мусорки. Патриарх раскопал, откуда он там появился…

— Иван. Когда ты последний раз был в отпуске? Не помнишь? Я специально посмотрел. Четыре года назад. Пока ты подозреваемый, и близко не подходи к этому.

— Андрей Петрович. Вы же понимаете, СБ это делает специально. Я чувствую, что не все так просто.

— Стоп. Не хочу с тобой больше разговаривать. Жетон сдавай, и увидимся через неделю. Будешь сопротивляться, насильно отправлю на курорт. В счет твоей зарплаты. Море, солнце. Хочешь?

Иван мрачно молчал, сверкая глазами. Не говоря ни слова, он достал жетон и хотел положить его на стол. Неожиданно на значке вспыхнула красная искорка в тот момент, когда капитан проносил жетон над рукавом плаща. Моргнула и тут же потухла. Иван поводил значком в том же месте, и опять небольшая красная вспышка.

— Что ты там возишься? — поднял бровь Булатов.

— Нет, все нормально. Вот, — жетон лег на стол начальнику.

— Свободен. До понедельника чтобы я тебя не видел. И не забывай, ты все еще под следствием. Поэтому ради всего святого не совершай резких движений. Посиди тихо.

В подземных этажах Департамента находилось множество полезных помещений. Тут были склады бытовой химии и туалетной бумаги. Тут находился небольшой тир для сотрудников. А на минус третьем этаже находился радио-технической отдел. В их функции входила очень важная задача. Все коммы сотрудников должны были быть защищены от прослушивания. Все переговоры между собой или с диспетчером не должны были становиться достоянием журналистов или преступников.

Старший лаборант отдела Анатолий Цыпкин развалился на кушетке и задумчиво смотрел ролики-номинанты на конкурс «Романтическое вдохновение-85». Правила проведения гласили, что в конкурсе участвуют записанные сновидения. Участникам запрещалось перед сном принимать наркотики, фантазия должна была быть естественной и случайной. Чистое подсознание, и не более того. В сновидениях не должно было быть натуралистичной обнаженки, крови и насилия. Обязательным условием считалось, что в ролике должна была быть мягкая любовная линия. Несмотря на то, что уже выложенные сны строго делились на две группы, Толик, несколько стесняясь, но с интересом, смотрел раздел авторов-девушек. В тот момент, когда в комнату молча зашел капитан Зимородков, лаборант дернулся и чуть не упал с кушетки.